comm_fiction
(коммунистическая фантастика и беллетристика)


~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
http://comm-fiction.livejournal.com/7680.html
Почему «реальный соц-м» не продемонстрировал впечатляющих преимуществ?
Должно ли самоуправляющееся общество каким-либо образом ущемлять интересы индивида?

Для первоочередного ознакомления рекомендую избранное

В разделе "Важное" собранны наиболее значимые по моему мнению тексты: мои и созвучные моим взглядам чужие, возможно, критически важные для понимания причин прошлого поражения социализма и для избежания ошибок в будущем.

В "Интересном" собраны содержательные тексты по разным темам.

В "Неупорядоченном" - прочие любопытные, забавные и полезные.

Об этом ЖЖ и авторе см. профиль

Весьма важно: реконструкция так полностью и не написанной Макаренко теории коммунистического воспитания - тег Макаренко

Забавная аналогия пришла.

Но сначала о другом. С Грамши («Тюремные тетради») я закончил – каких-то ещё настолько принципиальных вещей, что стоило бы выносить на публику безадресно мне обнаружить не удалось. (Есть еще пара мест, которые могут пригодиться при поднятии конкретных тем). Т.е. ни про «гегемонию», ни про «органическую интеллигенцию» не будет : это и тривиально и расплывчато. Тривиально, т.к. давно уже введено в оборот. Расплывчато – т.к. не проработано много глубже и чётче, чем это можно представить и так, по самим этим терминам.

А аналогия такая: если мы имеем пару «фордист» / «антифордист» в Троцком и Сталине, то ведь есть и другая пара : Горби – ЕБН . Ведь у Горби сначала было «ускорение» - именно с упором на машиностроение. А потом уже «сухой закон» (и то и др. - образчик механистического подхода к решению сложнейших социальных проблем). А исторически противостоящий ему ЕБН – откровенный алкаш.
Напрашивается «повторение истории: сначала трагедия, потом – фарс». Конечно, назвать развал СССР фарсом язык не повернется, но по трагизму это уж точно уступает повороту к сталинизму 20-х.
Упорное многократное голосование народа за ЕБН – это выбор России, выбор жизни «на расслабоне», свободу ловли в мутных водах, обилие выпивки и французские булки на деревьях. Конвейеры встали – и черт с ними. Это не трагедия.

[Миф о КПСС и ее крушение]

Если каждый из индивидуальных компонентов рассматривает коллективный организм как нечто для себя чуждое, то очевидно, что этот организм фактически больше не существует и превращается в простую выдумку, в фетиш.
...
Индивидуум, даже если он сам ничего не делает, надеется, что коллективный организм действует, не догадываясь, что именно благодаря весьма широкой распространенности таких взглядов коллективный организм неизбежно остается в бездействии.
...любой индивидуум, видя, что, несмотря на его бездействие, постоянно что-то происходит, склоняется к мысли, что именно вне зависимости от отдельных индивидуумов существует нечто фантасмагорическое, существует абстракция коллективного организма, своего рода самостоятельное божество, которое не мыслит какой-то конкретной головой и тем не менее все
же мыслит, которое не передвигается с помощью определенных человеческих ног и тем не менее все же передвигается и т. д.


[Внутрипартийная демократия]

Но для других коллективных организмов вопросом жизни является не пассивное и косвенное согласие управляемых, а согласие активное и прямое и, следовательно, участие в их деятельности отдельных индивидуумов, даже если это вызовет видимость разложения и беспорядка.
Коллективное сознание и, следовательно, жизнедеятельный коллективный организм образуется только после того, как масса пришла к объединению через разногласия отдельных индивидуумов, так что нельзя сказать, что «молчание» означает отсутствие массы.
Оркестр, занятый настройкой, которую каждый инструмент осуществляет самостоятельно, создает впечатление самой ужасной какофонии; однако эта настройка является условием того, чтобы оркестр действовал как единый «инструмент».

...
Основная предпосылка при подготовке руководителей заключается в следующем: желают ли, чтобы всегда существовали правители и управляемые, или же стремятся создать такие условия, при которых исчезнет необходимость в существовании этого разделения? Иными словами, исходят ли из предпосылки, что человечество вечно будет разделено, или же считают, что это деление является только преходящим историческим явлением, связанным с определенными условиями? Необходимо тем не менее отдавать себе ясный отчет в том, что деление на правителей и управляемых, если даже оно в конечном счете восходит к разделению на социальные группы, постоянно существует (если брать вещи такими, какими они являются на деле) даже в рамках одной и той же группы, хотя бы она и была однородной в социальном отношении; в известном смысле можно сказать, что это разделение является результатом разделения труда, техническим явлением. На совпадении этих моментов спекулируют те, кто видит во всем только «техническую» сторону, все сводит к «технической» необходимости и т. д., чтобы не рассматривать главную проблему.

Вследствие того, что даже в одной и той же группе существует деление на правителей и управляемых, возникает необходимость установить ряд непреложных принципов, а между тем именно на этой почве совершаются наиболее грубые «ошибки», которые проявляются в самой преступной неспособности и наиболее трудны для исправления. Считается, что если изложены принципы самой группы, то это должно автоматически обеспечить ей полную поддержку, и поэтому нет нужды отстаивать «необходимость» и разумность этих принципов. Более того, считается бесспорным (кое-кто убежден в этом и, что еще хуже, действует в соответствии с этим «убеждением»), что поддержка «придет», даже если не попросить о ней, даже если не намечен путь, по которому предстоит двигаться. Так, например, трудно вытравить присущий руководителям «кадорнизм», то есть убеждение в том, что дело будет осуществлено только потому, что руководитель считает справедливым и разумным, чтобы оно было осуществлено; если этого не происходит — возлагается «ответственность» на того, кто «должен был бы...» и т. д. Так же трудно вытравить преступные замашки, состоящие в том, что пренебрегают необходимостью избегать бесполезных жертв. В самом деле, всем известно, что провал коллективных (политических) действий происходит большей частью потому, что не пытаются избежать бесплодных жертв или не учитывают жертв других и играют чужими жизнями. Каждый знает из рассказов офицеров-фронтовиков, как солдаты действительно рисковали жизнью, когда это было очень необходимо, и, напротив, как солдаты бунтовали, когда видели, что их жизнями пренебрегают. Например, одна рота оказалась в состоянии голодать много дней, так как видела, что продовольствие нельзя доставить в сложившейся обстановке, но она начинала бунтовать, если пища не выдавалась хотя бы один раз из-за невнимательности, бюрократизма и т. д.
...
Если исходить из принципа, что существуют руководители и руководимые, правители и управляемые, то, несомненно, что «партии» до сих пор представляют собой самый удобный способ для выработки руководителей и навыков руководства («партии» могут выступать под самыми различными названиями, даже под вывеской антипартии и «отрицания партий»; но даже так называемые «независимые» («индивидуалисты») в действительности являются партийными людьми, только они хотели бы быть «вождями» милостью божией или по глупости тех, кто следует за ними).


[Пролетарская многопартийность]

Таким образом, тот факт, что ранее существовали многочисленные группировки, носил лишь «реформистский» характер, то есть многочисленность этих группировок была связана с тем, что они занимались частными вопросами; в известном смысле существовало разделение политического труда (полезное в известных рамках); но каждая группа предполагала существование другой, так что в решающие моменты, то есть именно тогда, когда борьба развертывалась по главным вопросам, устанавливалось единство, оформлялся блок. Отсюда следует вывод, что при создании партий за основу следует брать «монолитность», а не второстепенные вопросы; следовательно, необходимо внимательно следить за тем, чтобы существовала неразрывная связь между руководителями и руководимыми, вождями и массой. Если в решающие моменты вожди переходят в их «подлинные партии», массы оказываются обезглавленными, инертными, бессильными. Можно сказать, что ни одно подлинное движение не может внезапно обрести сознание своей цельности — это достигается только в результате приобретения им опыта, когда оно убедится на фактах, что все сущее существует не потому, что оно естественно (в том извращенном смысле, который придается этому слову), а потому, что налицо определенные условия, исчезновение которых вызывает соответствующие последствия. Таким образом, движение совершенствуется, теряет черты стихийности, «симбиоза», становится действительно независимым в том смысле, что оно создает предпосылки, необходимые для достижения определенных последствий, и что в создание таких предпосылок оно вкладывает все свои силы.

//От себя. С высоты нашего времени, можно ли утвердительно ответить на вопрос: стали ли фордовский тип промышленности, фордовская организация труда и производства всеобщими? Вроде бы нет. Произошло отторжение крайних форм "фордизма" и в СССР. А проводника "фордизма" здесь Грамши проницательно видит в Троцком: "в «слишком» решительном (следовательно, не рационализированном) желании поставить в национальной жизни выше всего индустрию и индустриальные методы, ускорить внешними и принудительными средствами установление дисциплины и порядка в производстве, привести нравы в соответствие с потребностями труда. Если учесть общую постановку всех проблем, связанных с этой тенденцией, станет очевидно, что последняя неизбежно должна была вылиться в определенную форму бонапартизма; отсюда вытекала неумолимая необходимость решительной борьбы против нее.
Его озабоченность была правильна, но практические решения глубоко ошибочны. ...
Принцип принуждения, прямого или косвенного, в организации труда и производства правилен, но форма, которую он принял, была ошибочной: военный образец сделался роковым предрассудком, и трудовые армии потерпели крах."
Это я понял так: сталинские (бонапартистские) методы индустриализации отличаются от фордистских средствами установление дисциплины, когда нравы масс ещё не приведены в соответствие с потребностями труда. Нравы не подтягиваются к требованиям дисциплины, напротив, применяются архаические ср-ва надзора за трудом - насаждается огромное кол-во "начальства", "промежуточных гавкалок" и пр. азиатчины и феодализма (здесь вспоминается распиаренный айхисторианом сюжет с начальником-феодалом-имеющим-всех-телеграфисток на пр-ве в годы войны).


// [Апология "фордизма"]

…объективное значение американского феномена, который представляет собой также и величайшее из совершавшихся до сих пор коллективных усилий, направленных на создание, с неслыханной быстротой и невиданным в истории сознанием конечной цели, нового типа работника и человека. Тому,кто помнит выражение Тейлора насчет «дрессированной гориллы», это «сознание конечной цели» может показаться по меньшей мере юмористическим. Тейлор действительно выразил с жесточайшим цинизмом цель американского общества: развить в трудящемся до максимальной степени машинные и автоматические навыки, разбить старый психофизический комплекс квалифицированного, профессионального труда, требовавшего известного активного участия ума, фантазии, инициативы трудящегося, и свести все производственные операции только к их физическому машинному аспекту. В действительности же здесь нет никаких оригинальных новшеств, речь идет лишь о самой новейшей фазе длительного процесса, начавшегося с самим рождением индустриализма,— фазе, отличающейся от предыдущих большой интенсивностью и проявляющейся в более грубых формах
...
Американский промышленник заботится о поддержании постоянной физической эффективности работника, его мускульно-нервной действенности; в его интересах иметь устойчивый коллектив, постоянный, хорошо сработавшийся комплекс рабочих, ибо человеческий комплекс (коллективный работник) предприятия — это тоже машина, которую нельзя слишком часто разбирать с целью обновления отдельных деталей, не причиняя больших убытков.

Так называемая высокая заработная плата есть элемент, обусловленный этой необходимостью: она является орудием отбора коллектива, приспособленного к системе труда и производства и поддержания его устойчивости. Но высокая заработная плата — это палка о двух концах:
нужно, чтобы работник тратил «рационально» более обильные средства для поддержания, обновления, а по возможности и усиления своей мускульно-нервной работоспособности, а не для того, чтобы он разрушал и подрывал ее. И вот, таким образом, борьба с алкоголем, самой опасной причиной разрушения трудовых сил, становится функцией государства....

С вопросом об алкоголе связан также половой вопрос:
злоупотребление и нерегулярное отправление половых функций — это, после алкоголизма, самый опасный враг нервной энергии, и широко известно, что «бешеная» работа вызывает алкоголизм и половую развращенность. Предпринятые Фордом попытки вмешаться с помощью особого штата инспекторов в частную жизнь своих работников и контролировать, как они тратят свой заработок и как живут, являются признаком тех пока еще «частных» и скрытых тенденций, которые в определенный момент могут стать государственной идеологией в сочетании с традиционным пуританизмом, то есть выступая как возрождение морали пионеров «истинного» американизма и т. д. Но самый значительный вывод, который надо сделать из американского примера, поскольку речь идет об этих проявлениях,— это разрыв, который образовался, и в дальнейшем будет обрисовываться все четче, между моралью-нравами трудящихся и моралью-нравами высших слоев населения.

Сухой закон уже показал пример подобного разрыва. Кто употреблял алкогольные напитки, контрабандно ввезенные в Соединенные Штаты? Алкогольные напитки стали предметом большой роскоши, и широкие массы трудящихся — даже те из них, у кого были наиболее высокие заработки — не могли позволить себе потребление этих напитков: кто работает за заработную плату твердо установленный рабочий день, у того нет времени разыскивать алкогольные напитки, нет времени заниматься спортом и обходить законы. То же самое замечание можно отнести и к сексуальным развлечениям. «Охота за женщиной» требует большого досуга. В рабочем нового типа повторится в иной форме то, что происходит с крестьянином в деревне. Относительная устойчивость половых союзов у крестьян тесно связана с системой сельского труда. Крестьянип, возвращающийся домой вечером, после длинного трудового дня, хочет горациевскую «Veneren facilem para-bilemque» ; у него нет склонности к тому, чтобы ворковать со случайной женщиной, он любит свою жену, надежную, постоянную, которая для того, чтобы ею овладели, не станет жеманиться и разыгрывать комедию соблазнения или изнасилования. Создается впечатление, что, таким образом, половая функция оказывается механизированной, но на самом деле речь идет о возникновении новой формы полового союза — без «ослепляющих» красок романтической мишуры мелкого буржуа и бездельничающей представительницы богемы. Становится ясным, что новый индустриализм требует моногамии, требует того, чтобы человек-работник не растрачивал свою нервную энергию в беспорядочных и возбуждающих поисках случайного полового удовлетворения; рабочий, идущий на работу после ночного «разгула», не может быть хорошим работником: чувственная экзальтация идет вразрез с хронометрированными производственными движениями, связанными с самыми совершенными автоматическими механизмами. Этот комплекс прямого и косвенного давления и принуждения, оказываемого на массу, несомненно, принесет свои результаты, и возникнет новая форма полового союза, характерной и основной чертой которого, видимо, должна будет стать моногамия и относительная устойчивость.
...
Вышеупомянутый разрыв в морали показывает, что в обществе складываются все более обширные секторы социальной пассивности. Женщины в этом явлении, по-видимому, выполняют главную функцию. Промышленник-мужчина продолжает работать, даже если он стал миллиардером, но его жена, его дочери все больше превращаются в «роскошных млекопитающих». Конкурсы красоты, кинематографические конкурсы (вспомнить 30 000 итальянских девушек, сфотографировавшихся в купальном костюме, которые в 1926 году послали свои снимки кинокомпании Фокс), театр и т. п., отбирая образцы женской красоты в мировом масштабе и выставляя ее напоказ, вызывают проституированный образ мыслей, а «торговля белыми невольницами» для высших классов ведется легально.
...

американская промышленность с высокой заработной платой пока пользуется монополией на внедрение новых методов; монопольным прибылям соответствует монопольная заработная плата. Но эта монополия с необходимостью будет сначала ограничена, а затем уничтожена распространением новых методов как в самих Соединенных Штатах, так и за границей, а с выравниванием прибылей исчезнет и высокая заработная плата. Известно, с другой стороны, что высокая заработная плата необходимо связана с рабочей аристократией и что ее платят не всем американским трудящимся.
...

// [Критика "фордизма"]

Но откуда же эта неустойчивость? Как это рабочий может предпочесть «более низкую» заработную плату той, которую ему платит Форд? Не означает ли это, что так называемая «высокая заработная плата» в меньшей мере позволяет восстанавливать израсходованную рабочую силу, чем самая низкая заработная плата на других предприятиях?
...
фордовская промышленность требует от своих рабочих такого разделения труда, такой квалификации, каких еще не требует остальная промышленность; она требует такого нового типа квалификации, такой формы расходования рабочей силы, такого количества расходуемой силы в то же среднее время, которые являются более тягостными и изнуряющими, чем где бы то ни было, и которые заработная плата не может полностью компенсировать, не может восстановить в условиях, предоставляемых обществом в том его виде, как оно есть.

Выставив эти доводы, мы наталкиваемся на проблему:
являются ли фордовский тип промышленности, фордовская организация труда и производства «рациональными», иначе говоря, можно ли и нужно ли, чтобы они стали всеобщими, или же речь идет о болезненном явлении, против которого следует бороться с помощью профсоюзов и законодательства? Другими словами, возможно ли при помощи материального и морального давления общества и государства заставить рабочих как массу терпеливо переносить весь процесс психофизической трансформации, с тем чтобы средний тип фордовского рабочего стал средним типом современного рабочего, или же это невозможно, потому что повлекло бы за собой физическое вырождение и ухудшение человеческого рода, сопровождаемые уничтожением всякой рабочей силы. Представляется возможным такой ответ: метод Форда «рационален», то есть он должен стать всеобщим, но для этого необходим длительный процесс, в течение которого должно было бы произойти изменение социальных условий и изменение индивидуальных нравов и привычек, чего нельзя достичь одной лишь «принудительностью», что может быть достигнуто только смягчением принуждения (самодисциплина) и убеждением, в том числе и в форме высокой заработной платы, то есть возможности более высокого жизненного уровня или, может быть, точнее, возможности осуществить жизненный уровень, который соответствует новым способам труда и производства, требующим особой затраты мускульной и нервной энергии.

В ограниченной мере, но все же достаточно заметны явления, сходные с теми, что обусловлены в таких масштабах фордизмом, обнаружились и обнаруживаются в некоторых «нефордизированных» отраслях промышленности или на отдельных предприятиях. Создать органический, хорошо сработавшийся заводской коллектив или рабочую бригаду специализированного профиля никогда не было просто: фабричный коллектив или бригада, будучи однажды создана, дает своим членам — или части их — выигрыш, заключающийся не только в монопольной заработной плате, но и в том, что их не увольняют в случае временной остановки производства; было бы неэкономично позволить распасться элементам с трудом построенного органического целого, потому что почти невозможно будет вновь сколотить их вместе, в то время как восстановление коллектива при помощи новых, случайных элементов будет стоить немалых сил и средств. Именно это служит пределом действия закона конкуренции, обусловленной резервной армией и безработицей, и этот предел всегда граничил с формированием привилегированной аристократии. Из того, что никогда не было и нет совершенного закона уравнения систем и методов труда и производства для всех предприятий определенной отрасли промышленности, следует, что каждое предприятие в известной, более или менее значительной степени является «единственным» и формирует для себя коллектив с квалификацией, свойственной этому отдельному предприятию: с маленькими секретами труда и производства, с различными «трюками» и комбинациями, которые сами по себе кажутся совершенно ничтожными, но, будучи повторены бесконечное количество раз, могут приобрести огромное экономическое значение.

( ... )
массу абсолютно паразитического населения, которая очень велика и которая требует для собственного обслуживания труд другой, огромнейшей массы, паразитирующей косвенно, а также «полупаразитирующее» население, являющееся таковым, потому что оно способствует размножению —ненормальным и нездоровым путем — подчиненных форм экономической деятельности, таких, как торговля и вообще посредничество.
Эта ситуация существует не только в Италии; в большей или меньшей степени она существует во всех странах старой Европы и в еще худшей форме в Индии и Китае, чем объясняется застой в истории этих стран и их военно-политическое бессилие.
...
( ... )

Между прочим, досадные и опасные спутники нашего сурового климата - грипп, ОРВИ (насморк!), герпес, - более не страшны:
Кагоцел

Это реально работает, проверено на себе. Причем дешевле сомнительного арбидола, который для получения эффекта вроде бы надо глотать горстями.

Не знаю, известны ли широко эти ссылки на ПССы:
в html - http://lugovoy-k.narod.ru/marx/marx.htm
http://lugovoy-k.narod.ru/lenin/lenin.htm

в djvu, pdf (ПСС + многое др.)
http://ahren.ru/

( ... )

Итак, политэкономически
фашизм представляет предельно возможное для кап. способа пр-ва нарушение закона стоимости, направленное на спасение этого способа пр-ва. В этом смысле ф. является следующей ступенью после монополистического и госмонополистического кап-ма. Каждая из этих ступеней последовательно ведет все дальше от кап-ма свободной конкуренции, все больше нарушая закон стоимости. Это шаги т.н. «загнивания», что следует понимать не вульгарно, как бардак, коррупцию и экономические проблемы (хотя по-любому – увеличение паразитизма), а как степень отхода от своего идеального состояния.
Т.о. фашизм – предельная форма империализма, чем подразумевается классическое димитровское определение, которое становится частью более общего. Из этого следуют конкретные черты политического режима, так или иначе нарушающие работу закона стоимости – автаркия, агрессивная внешняя политика и колониальные захваты (для организации неэквивалентного экономического обмена), разгром левых и рабочих организаций (для понижения цены рабочей силы).

Но тут важна и др. сторона определения, которая позволяет объяснить, почему массовой базой для ф. становится мелкая буржуазия. Истерзанная эк. кризисами эпохи госмонополистического кап-ма, падкая на простые псевдосоциалистические рецепты, она легко отказывается и от незыблемости священного права частной собственности – в некоторых частных случаях, и от веры в непогрешимость работы «невидимой руки рынка», т.е. от приверженности свободной конкуренции. На ура проходит демагогия о корпоративистском гос-ве или национал-социализме. Отсюда антисемитизм (вернее, использование таких предрассудков), позволяющий экспроприировать собственность некоего состоятельного слоя, признанного стоящим вне закона (что относится и на др. этнические меньшинства). Крайняя реакционность : культ силы, олицетворяющего ее вождя, мистика и клерикализм, новая и старая аристократия, – все это отсылает к временам средневековья и запускает механизмы внеэкономического принуждения.

Но и социализм (даже уродливый) предполагает прекращение (или ограничение - на нач. этапах) действия закона стоимости. И тут нюх не обманывает наших либеральных оппонентов, любящих приравнивать соц-м к ф., это действительно общая черта. Но ф. направлен на сохранение кап-ма, а соц-м – на его полное упразднение. Реакционность ф. направлена и против соц-ма, и против менее реакционных форм кап-ма, поэтому был объективно предопределен союз СССР и бурж. демократий во 2МВ.

Якобы отличие фашизма и национал-социализма.
Тут надо понимать, что такое крупное явление как ф. имеет зачаточную, развернутую и промежуточные формы. Наиболее развитую форму ф. получил в Германии (там он претендовал на завоевание мирового господства), начальную – в Италии. Во многих поздних военных диктатурах (Чили, Индонезия) ф. не мог получить возможность для полного развертывания.
Понятно, что последователей находит самая развитая форма, поэтому неофашисты как правило – неонацисты.

Как программа решения своих проблем за счет других, ф. в любой момент м.б. востребован в эпоху империализма. В настоящее время такая опасность сохраняется и возрастает (по мере накопления проблем и развития кризиса) для всех стран, переживших крушение «реального соц-ма».

Дискуссионные тезисы, защищать их не берусь. Просто размышления под впечатлением от лит-ры по нэпу, китайской, кубинской и пр. реформам.

Человек создан для счастья, как птица для полета.
М.Горький

Человек создан для работы, как птица для полета.
Горькая правда.

БЮДЖЕТ ВРЕМЕНИ  населения( ... )

С помощью этого понятия можно вскрыть корень проблем любого способа пр-ва и найти ключ к их решению.

Вот в чём кроме всего прочего проявляется прогрессивность рабовладения по ср. с первобытностью? В более рациональном использовании времени. Вроде бы общепризнано, что охотник/собиратель практически никогда не отрабатывал по основному виду своей деятельности принятых у нас 8 часов. Древнеегипетские общинники, можно предположить, были плотно заняты только в сезон разлива (посевная) и в уборочную. Остальное вр. практически терялось, пока гос-во в лице правящего класса не принудило их использовать его с пользой для богов, т.е. для общества в целом (ну и для правящего класса в особенности), в мифологизированном его (общества ) образе. Хотя бы на строительстве пирамид.

Почему дети после д/с более развиты по ср. с теми, кто просидел до школы с бабушкой? Потому что с ними худо-бедно постоянно занимаются. На самом деле это вынужденная мера. Без организации и рационального использования времени любой коллектив - от самого малого, до всего общества в целом - неизбежно саморазрушается: для малого - становится неуправляемым, для общества - опускается на более низкую ступень исторического развития. История и есть постепенное (параллельное с развитием ср-в пр-ва), поформационное становление, самоорганизация (тут воспитателя нет, это процесс самовоспитания) больших человеческих коллективов, поиск все более сложных и совершенных форм принуждения всё более многочисленных сборищ индивидов к рациональному (наиболее полному) использованию их времени.

Для товарного пр-ва наиболее впечатляющих успехов в этом деле достиг кап-м. Вплоть до научной организации труда и потогонных систем з/платы. Все морализаторские указания на факты ужасающей эксплуатации здесь оказываются бессильны.

Но кап-м кладет предел сам себе и товарному пр-ву в целом. Рано или поздно, товарные массы переполняют каналы сбыта, образуются заторы, пр-во встает. Производительные силы, в том числе и люди, уничтожаются тем или иным способом, в. т.ч. в прямом физическом смысле. Непревзойденная экономия общественного времени оборачивается невиданными его растратами. Такие кризисы происходят циклически, раз за разом.

Но с каждым циклом происходят и некоторые изменения. Применяются экстенсивные меры - открытие и прокладка новых каналов для сбыта (новые технологии, из последних - электроника, мобильные устр-ва), расширяются прежние. Такие меры - лишь оттяжка времени.

Что важнее - постоянно сужается (по кол-ву вовлеченных работников) сама сфера товарного пр-ва. Зато увеличивается сфера нетоварная, социальная, для остроты назовем ее протосоциалистической - социальная инфраструктура: наука, управление (ох, раздутое), образование (в т.ч. дошкольное), здравоохранение, безопасность (не забывая о гигантском % здесь "агентов положительного разрушения" и откровенных паразитов); производственная инфраструктура: транспорт, связь, энергетика, частью жилое и дорожное строительство, ЖКХ. Но ещё часть остается в сфере товарного пр-ва, становящегося превратным ("агенты отрицательного пр-ва") - реклама и т.п. Часть населения люмпенизируется.

Сфера товарного пр-ва (в т.ч. сопутствующие услуги) регулируется законом стоимости, здесь заняты пролетарии в строгом смысле слова - производители новой стоимости. Сфера нетоварная законом стоимости не регулируется и регулироваться не может. Занятых здесь наемных работников пролетариями можно назвать с большой натяжкой, что все прекрасно понимают.

Промежуточное положение у естественных и прочих монополий.

Самые гнусные поползновения проводников свободного рынка (которому уже тесно в традиционной сфере) связаны с покушениями на приватизацию нетоварной сферы - вывоз мусора из городов, платные образование и лечение (да и безопасность), платные дороги и мосты, "распил" единой энергосистемы и ж/д.

И зеркально, самые досадные провалы соц-ма связаны с попытками директивного планирования сферы товарного пр-ва, что неизменно заканчивается к.-л. нэпом. И неудивительно - то, что достойно обобществления, должно быть фактически обобществлено или подготовлено к этому ещё монополистическим капиталом. То, что не пригодно, всегда будет лучше регулироваться законом стоимости.

Конечно, непосредственное упразднение разделения труда между архитекторами и тачечниками остается желательным, но сильно потеряло в актуальности.

Если вы не знаете, чем занять людей после освобождения (и самоосвобождения),  - поторопитесь узнать, пока ещё никого не освободили. Механическое предоставление им свободного вр. вовсе не означает, что пропорционально появятся новые работники науки и искусства (т.е. возрастет совокупная мощь общества). Скорее появятся новые проблемы. Человек выпиливает лобзиком или глушит самогон - и то и др. пустая трата общественного ресурса - производительного времени. Вы мечтаете о 4-х часовом рабочем дне, потому что и так уже являетесь самодеятельным ученым. Другой же в свободное вр. будет в лучшем случае маяться от скуки (а то и проявлять повышенный интерес к тематике сексуальности и гомосексуальности :).

Это в товарном пр-ве существуют объективные критерии кол-ва и кач-ва труда. Для нетоварной сферы они не пригодны, там создаются громоздкие общественные институты с бюрократической отчетностью, обязательной отсидкой "на работе". Тем не менее, накапливается и положительный опыт, оттачиваются эффективные формы организации труда.

Проблема, решение которой пока не просматривается :  от работников этой сферы сложно ждать революционной иницитивы, т.к. свое положение они рассматривают как привелегированное. Численность же и влияние традиционных отрядов рабочего класса относительно снижается.

Социалистическому правительству правильней будет заниматься не формальным обобществлением товарной сферы (что не отменяет регулирования нормативами и налогами) (хотя формальный акт национализации не помешает, если самим не обманываться), а всячески способствовать росту нетоварной сферы и преобразованию ее в подлинно социалистический уклад. Нетоварность вовсе не должна означать непроизводительность. Производство, поначалу без оглядки на рентабельность (а вся нетоварная сфера по определению нерентабельна), д.б. совмещено и с наукой, и с образованием, и с управлением, и с обороной. Может, так наука и станет непосредственной производительной силой. Товарный уклад постепенно станет сугубо подчиненным.

Нетоварная сфера собственно и есть непосредственное воспроизводство человеческой и общественной жизни. Тогда как товарное пр-во - воспроиз-во опосредованное ТДО.

Важнейшее направление планирования - новые перспективные проекты. Классический пример первого плана - ГОЭЛРО. А в качестве примера соц. организации инициатор этого плана указывал на ж/д и почту.В скором будущем особую актуальность  приобретут экологические проекты.

Ещё важнее (и взаимосвязано) - утилизация демографического богатства общества, новой рабочей силы, прирост которой в норме превышает потребности замещения на старых рабочих местах. Молодежная безработица - преступление против человечества.

СМЫСЛ ПРОГРЕССА И РЕАКЦИИ В НАШЕ ВРЕМЯ

…

В связи с этим прежде всего следует рассмотреть такое понятие, как масса. Отношение массы к пролетариату нельзя представлять в качестве механического сопоставления вопросов, является ли пролетариат массой или же массой является широкая публика. Правильное решение этих отношений должно быть связано с вопросом организации. Но обычно в здравом смысле как раз недостает понимания таких организационных отношений, ибо масса мыслится просто как собрание множества усредненных личностей.

( ... )

Субъектами упомянутого ранее конституционного фашизма являются буржуазные и помещичьи политические партии. Вообще-то фашизм — это выражение закономерной социально-политической системы монополистического, финансового капитала и на практике представляет интересы крупной буржуазии (и самых крупных помещиков). Но своеобразие фашизма заключается именно в том, что, помимо реальной базы в лице упомянутых классов, он обладает еще идейной опорой среди другого социального слоя. Здесь фашизм выступает уже выразителем интересов средних слоев общества, причем сами эти средние слои в этом нисколько не сомневаются, отсюда и их преклонение перед фашистской партией.

О СОЗНАНИИ ИНТЕЛЛИГЕНЦИИ

… интеллигенция, будучи высокого мнения о своих знаниях и умственных способностях (разумеется, что знания и умственные способности не одно и то же) и обладая достаточным самомнением, интуитивно представляла себе размежевание общества на интеллигентов и неинтеллигентов. В таком случае превосходство в знаниях и умственных способностях связывалось у нее с господствующими отношениями в обществе, что в известной степени приводило к одинаковым интересам с господствующими классами; это как бы обусловливало привилегированное положение интеллигенции в обществе. Возник даже термин «образованный класс», который представляет не научное, а обыденное понятие. Все это и породило у самой интеллигенции представление о самой себе как о силе, которая, обладая знаниями и умственными способностями, непременно должна обладать и правом выступать в качестве своеобразного руководителя народных масс, возвышаясь над необразованными и неспособными к умственному труду массами. Но поскольку право господства в обществе сосредоточено в руках богачей и политиков, то духовное, литературное и научное, то есть только культурное, право господства и дает душевное спокойствие интеллигенции.

( ... )

Плюс Ильенков. Или даже лучше. Я такую интенсивность марксистской мысли встречал только у классиков.

Тосака Дзюн. «Японская идеология», Критика идей японизма, фашизма и либерализма в Японии 30-х годов.

Пусть название и «японизм» не вводят в заблуждение – мыслитель совершенно европейской выучки и стиля.

Взято с http://ivanstor.narod.ru/znanie-vlast-booklist.html
//Стоит также отметить (нашим производителям djvu), что в файле идеальный текстовый слой, явно сделаный не вручную.
( ... )

Из статьи ВНЕШНЯЯ ТОРГОВЛЯ:

Конкурентная борьба между империалистич. странами на мировых рынках ещё более усиливается в условиях обострения _валютного кризиса_. Хронич. дефицит платёжного баланса США, вызванный прежде всего огромными воен. расходами за границей, и кризис амер. доллара обострили конкурентную борьбу на мировом рынке. США пытаются улучшить своё положение за счёт др. капиталистич. стран, всячески стимулируя свой экспорт и ограничивая импорт др. стран в США. К этому были направлены «чрезвычайные меры» по спасению доллара, объявленные пр-вом США в авг. 1971, предусматривавшие, в частности, введение дополнительного 10%-ного налога на импорт. Эти меры затронули прежде всего экспорт товаров на амер. рынок из Японии, стран ЕЭС, Канады и др. развитых капиталистич. стран.

Межимпериалистич. борьба на мировом рынке обострилась в связи с девальвацией и ревальвацией ряда капиталистич. валют летом и осенью 1971, девальвацией доллара США в дек. 1971. В то время как Япония, страны ЕЭС и Канада ведут борьбу против протекционистской политики США, последние, в свою очередь, добиваются устранения или понижения импортных барьеров в др. странах. В частности, США выступают против единой с.-х. политики стран «Общего рынка», к-рая препятствует аграрному экспорту США, против преференциальных торг. соглашений ЕЭС с рядом стран Африки и бассейна Средиземного моря. США выступают также против заключения соглашений о свободной торговле пром. товарами между ЕЭС и нек-рыми зап.-европ. странами.

Полезно было бы посмотреть, что изменилось через 40 лет. Самое сильное изменение ландшафта - существование единой Европы. И для США нет нужды (или возможности?) прибегать к налогам на импорт (вроде бы) - его заменяет долларовая эмиссия. Понятно, что рано или поздно девальвации при этом не избежать. Но это значит - ревальвация Евро. А если одинаково опускаются оба плеча коромысла? Видимо, смягчение кризиса в таком случае происходит за счет третьих стран.

К предыдущему:
http://evgeniy-kond.livejournal.com/54593.html

Описанный кризис в основном напоминает кризис 20-х гг. (см. ниже) и, предполагаю, кризис, вызвавший косыгинские реформы 1965 г. Перефразируя Дзержинского, «мы исчерпали основной капитал, который достался нам от голодной эпохи сталинского большого скачка и хрущевского малого скачка». (Заранее извиняюсь за допущенные вольности.)

Рост фондоёмкости, всех и любых издержек не беда, если производится переход на более производительные технологии. Только вот производится он может или регулярно, или в авральном порядке, в ответ на кризис. Т.к. сов. экономика плановая, то и наличие таких кризисов как бы означает их запланированность – хоть и не вполне осознаваемую. Просто проводилась политика максимальной экономии на восстановительных и «модернизационных» мероприятиях:
капитальных вложениях, НИОКР, охране природы…
Или же, что то же самое, была удручающе низка эффективность этих вложений.
(Надо заметить, что проблема осознавалась, и призывов к уходу от экстенсивного развития к интенсивному на уровне заклинаний раздавалось достаточно.)

Т.е. производилась плановая оптимизация экономики, но не по критерию «устойчивого развития», а по критерию максимизации жизненного уровня. И понятна причина – гонка за Западом. В общем, имеем в наличии «тришкин кафтан».

Но нас предупреждали, что если не будет достигнута наивысшая производительность труда, то всё проигранно. При мировом лидерстве в пр. труда «тришкин кафтан» бы не наблюдался. Очевидно, так не случилось.

Ко времени последнего кризиса все ресурсы, использованные для выхода из предыдущих кризисов, были уже недоступны. Ресурсы мелкотоварного уклада (деревни) использовал Сталин. Так же как и энтузиазм большого скачка к соц-му. Энтузиазм этот был растрачен малоэффективно, скачок получился неубедительным (особенно после ВМВ кололи глаза вызывающие успехи экономических «чудес» Японии и пр.). Хуже всего то, что по второму разу такой номер уже не мог пройти («это уже соц-м, или будет ещё хуже?»), да и официальные декларации о «полной победе» отрезали такую возможность.

На самом деле ресурс был, главный ресурс соц-ма, который следовало использовать с самого начала – по-настоящему социалистическая реорганизация всей общественной жизни, не только пр-ва. Это упразднение непроизводительного труда, потенциально паразитических слоев и социальных институтов, бюрократии прежде всего.

Но кто д.б. прибегнуть к этому ресурсу, сама бюрократия? Признать собственную неэффективность и ложность ранее сделанных победных деклараций? Представьте такую картину: местный «авторитет» публично называет себя лохом и отправляется работать грузчиком. Как такое может случиться?

Только под внешним воздействием со стороны народных масс. Нечто в этом роде и произошло в перестройку. Т.к. правящий слой ассоциировал себя с соц-мом, то отказались и от соц. лозунгов. Из «соц-м или варварство» выбрали попробовать, м.б. получится западное процветание. Теперь-то понятно, что всё же выбрали «варварство»: падение благосостояния масс, сокращение населения до рыночного оптимума, полное включение в мировое разделение труда на правах сырьевой периферии.

Россия как бы подтвердила подверженность историческому проклятию вечного отставания и догоняющего развития. Даже соц-м не помог. Но, как говорится, «за попытку - спасибо». По этому вопросу с меньшевиками нельзя согласиться, шанс всё же был.

В этом свете «посыпавшиеся» в последнее вр. спутники – закономерное явление. Выбрав варварство, нельзя остаться в одной отрасли при соц-ме. Несколько лет просто занял временной лаг, инерция. И в этой сфере надо ожидать, что Россия скатится до общего уровня сырьевой периферии.

~~~~~~~~~~~~

( … )

Как к СССР подкрадывался большой полярный лис:
http://vas-s-al.livejournal.com/311264.html

Всё это ощущалось повсеместно, даже и на бытовом уровне. Больной был очевидно неизлечим.

А ведь кризис этот был не первый, но раньше как-то выходили. Какой уж там социализм (котор. как бы д.б. бескризисным). Даже и обретенные к тому времени кисельные берега с нефтяными реками не помогли.

Между прочим, анализ А.Эйдельнант в "Буржуазные теории денег" выглядит очень
актуально для объяснения происходящего. С 50-х гг. внутренняя амер.эк. политика видимо не изменилась. Это выглядящее совершенно уникально регрессивное налогообложение (когда везде нормальным считается прогрессивное), т.е. чем богаче, тем меньше % налогов; и накачка за счет всего общества мощи госмонополий и особенно ВПК. Под это подводится соотв. идейное, политэкономическое основание. Общая идея: богатство производится капиталом, значит чем лучше капиталу, тем богаче общество. И теории инфляции, по которым инфляцию раздувает массовое потребление (инфляционная спираль – рост з/п вызывает рост цен), а вовсе не паразитическое потребление правящего класса, правительственные и особенно военные расходы.

Мощь амер. ГМК позволяла получать огромные внешнеэкономические дивиденды, что давало возможность подкупать собственных трудящихся. Теперь система уперлась в стенку и эти трудящиеся, неожиданно для себя и внешнего наблюдателя, сбрасывают оболочку «среднего класса» и обнаруживают собственную пролетарскую сущность. Мы являемся свидетелями рождения классового сознания, хотя пока только по глубинной сути происходящего. Это победа пролетарской политэкономии над буржуазной.

В то же вр. понятно, что амер. правящий слой имеет большие возможности для маневра. Он может ради сохранения кап. строя просто отойти на позиции социал-демократии. Тогда США утратят роль сверхдержавы и мы, может, еще будем свидетелями мировой гегемонии империализма БРИК.
Перспективы классового переворота в США выглядят совершенно нереальными, для этого амер. правящая верхушка должна будет проводить политику, превосходящую по «гениальности» политику российской в начале 20 в., что трудно ожидать.

Анархистам будет немного неприятно.

В МОСКВЕ ("Новая Жизнь" N 175, 8(21) ноября 1917 г.)

Поражало сердечное отношение солдат к обывателю, вылезавшему на улицу "понаблюдать".
Было до отчаяния странно видеть, как пролетарий в серой шинели, голодный, обрызганный грязью, ежеминутно рискуя жизнью своей, заботливо уговаривает чисто одетого, любопытствующего "буржуя":
- Гражданин - куда же вы? Там стреляют! Попадут в вас, не дай Бог, мы же не можем отвечать за вас!
- Я трое суток на улицу не выходил!
- Мало ли что! Теперь гулять не время...
Хочется спросить этих людей:
- С кем же вы воюете, оберегая столь заботливо жизнь ваших "классовых врагов"?
Спросишь - отвечают:
- С юнкерами. Они против народа... И эти-то добродушные, задерганные, измученные люди зверски добивали раненых юнкеров, раскалывая им черепа прикладами, и эти же солдаты, видя, что в одном из переулков толпа громит магазин, дали по толпе три залпа, оставив на месте до двадцати убитых и раненых погромщиков. А затем помогли хозяевам магазина забить досками взломанные двери и выбитые окна.
Ужасны эти люди, одинаково легко способные на подвиги самопожертвования и бескорыстия, на бесстыдные преступления и гнусные насилия. Ненавидишь их и жалеешь всей душой и чувствуешь, что нет у тебя сил понять тление и вспышки темной души твоего народа.

Горький Максим. Несвоевременные мысли

Казалось бы парадокс: революционный солдат («пролетарий в серой шинели») защищает частную лавочку, жизнь и имущество классовых врагов. Ведь как представляет переворот обыватель: кровавая вакханалия и погром. Когда же сознательный революционный рабочий демонстрирует прямо противорположное поведение – у обывателя возникает когнитивный диссонанс.
Горький конечно великий пролетарский писатель, но вообще-то изначально и по происхождению – певец городского мещанства. Видимо это и сказалось в 17-м, сложившись с традиционным для нащих великих художников слова теоретическим невежеством и политической близорукостью.

Одна из важнейших задач сознательного элемента в революции – защита собственности от распыления и расхищения халявщиками. Потом уже эта собственность м.б. экспроприирована гос-вом. Бывший собственник даже может какое-то время оставаться ее управляющим. И даже предположение о контреволюционных настроениях этого собственника не м.б. оправданием погрома.

Для знакомых с понятием энтропии: распыление собственности – это энтропийный процесс, разрушение, а накопление – негэнтропийный. И соц-м, проводя ее обобществление, не уничтожает, а напротив, устраняет препятствия для ее максимального роста и централизации.

«Какую пользу имело бы современное государство от целой провинции, земля которой, как бы хорошо она ни обрабатывалась, разделена по древнеримскому образцу, между мелкими независимыми крестьянами? Какой цели служила бы эта земля, кроме той единственной, что на ней производились бы люди, что само по себе составляет самую бесполезную цель?»

Навели на мысли стейнбековские «оки» и последний приступ демонизации крестьянства в блогах.

Напомню, как произошла та «американская трагедия». Переселенцы заняли обширные свободные земли (отняли их у индейцев). Через 2 поколения мистическим образом оказалось, что фермеры арендуют собственную землю у нью-йоркских банков. Всё – теперь уж делом времени было, чтобы рано или поздно фермеры оказались не в состоянии платить по аренде. Так вышло, что в один год наложилось 2 фактора: засуха и истощение почвы монокультурой хлопка. В итоге, чтобы получить хоть какую-то прибыль, банки сгоняют всех фермеров с земли, запахивают всю почву индустриальным методом -- тракторами с немногочисленными нанятыми трактористами, под ноль сносят все жилые и хоз. постройки фермеров. Отсюда начинается их исход в Калифорнию и мучительная пролетаризация.

Этот процесс полностью укладывается в законы концентрации капиталов. Но зная историю легко заметить сходные явления во все антагонистические эпохи. Таковы св-ва этого материального актива – земли, что мелкие собственники экспроприируются, когда ещё и капиталов-то нет. Этот естественный процесс встречает сильнейшее сопротивление пострадавших, что дает наиболее яркие образцы классовой борьбы и оказывает определяющее влияние на ход исторического развития.

1. Античность. Попадание в рабство.
Мелкие свободные собственники (плебс в Риме и демос в Греции), разоряясь, попадают в долговую кабалу и закономерно должны кончить переходом в рабское состояние. Если бы не сильнейшие и успешные вспышки классовой борьбы, то так бы и произошло и эти общества скатились бы к восточным деспотиям. Но благодаря борьбе мы имеем вспышку Афинской демократии, хоть и краткую по времени, но настолько яркую, что ее влияние пережило тысячелетия. До сих пор в обществе идет борьба за сам термин – демократия. А ведь началом ей послужило решение Солона отменить все долги демоса.
По смыслу, любую меру, решительным и системным образом нарушающую право частной собственности, можно с полным правом называть социалистической (не по принадлежности к соц. строю, а по характеру). Т.о., нам имеет смысл акцентировать в идейной борьбе на том, что афинская демократия – это «античный социализм», подобно тому, как буржуазный парламентаризм называет себя демократией.

Очевидно также, что эпохи упадка древнего Египта вызывались разорением непосредственных производителей (взаимосвязанного с патологическим ростом бюрократии).
( ... )

http://nr2.ru/ekb/341129.html
Необычный кризис поразил работу Свердловской железной дороги – ее пропускная способность близка к нулю. ...
Невольно же на дороге назвали главную проблему – узловые станции физически не способны пропускать грузы. Как отмечают на СвЖД, условия работы существенно изменились. «С увеличением доли приватного подвижного состава в общем парке вагонов обострилась проблема встречных пробегов порожних вагонов различных собственников». ... – еще два года назад такой проблемы не существовало в принципе. Теперь на магистрали царит система субаренды – многочисленные частные операторы сдают внаем подвижной состав, а субарендаторов вовсе не волнуют проблемы промышленников. По сути, это замкнутый круг – на СвЖД говорят, что вагоны не их, следовательно, магистраль ни при чем. А крохотные субарендаторы и вовсе не при делах – они коммерсанты, которых стратегия экономического развития региона попросту не волнует.

Проблемы «железки» уже сказываются на карманах обычных граждан

Дошло до невероятного – невозможность отправить с Урала строительные смеси уже начинает влиять на стоимость жилья.
...
"реформа" РАО РЖД принесла ожидаемый результат: разделение парка вагонов между двумя халявными "независимыми" операторами принесло только хаос и удорожание перевозок. Поскольку ни ПГК ни ВГК не имеют возможности (да и желания) заниматься тем чем положено заниматься, то вместо этого - появились очередные фирмы "прокладки" которые беря у ПГК и ВГК подвижной состав в аренду в свою очередь передают его в аренду (под технические рейсы) небольшим фирмочкам (или заводам) для перевозок их продукции. Таким образом, весь "смысл реформы" был изначально направлен на удорожание перевозок, а следовательно на удорожание и снижение конкурентоспособности российской промышленности в целом и резкому обогащению "лиц особо приближённых к......."

//Приватизация вагонов, кораблей, самолетов... Верной дорогой идете в ...

UPD
Т.е. мат. модель такова: если приватизировать все вагоны, то при наличии одной узловой станции пропускная способность дороги падает ровно в 2 раза. Если же узловых станций достаточное кол-во, то можно добиться того, что дорога вообще встанет на год, занимаясь исключительно перегоном порожняка от предыдущего периода.

Каковы же результаты такого воспитания? Такой педагогический процесс, какой здесь изображен, может привести к чему угодно. На с. 134 мы уже видим результаты такого воспитания.
Изображается пожар. Целая толпа взрослых ребят увидела дым. Что эти ребята делают?
«Началась паника. Кто-то из малышей заплакал трусливо...» (Читает.) Ни один из воспитанников не бросился туда, а бросилась женщина. «Минут через 5 в дверь постучали...» (Читает.) Женщина спасает забытого на пожаре мальчика. Чем кончилось дело? «Всех ребят перевели в дворецкую». А что за пожар, кто тушил пожар - неизвестно.
Такое воспитание нам не нужно. Я не могу себе представить, чтобы в моем детского коллективе во время пожара я бросился кого-нибудь спасать. Я должен сидеть в центре и спокойно разговаривать по телефону. Все сделают ребята - и спасут, и потушат, и придут доложить, что все кончено. Иначе в советском детском коллективе быть не может.
...
Я вам напомню чрезвычайно тяжелый случай, бывший недавно под Калининым, в селе Давыдово: убийство учительницы одним учеником. В том, что ученик выстрелил в учительницу, нет ничего хитрого. Такие случаи личного болезненного припадка, случаи личного разложения под влиянием дурного окружения возможны. Это индивидуальный припадок, единичный случай, который меня не пугает. Но меня страшно поражает, я не могу понять, как это могло случиться, что 24 мальчика 7 класса в панике убежали, увидев ружье в руках своего сверстника. Я не представляю себе таких мальчиков. Не могу понять, как их воспитывали и чего от них можно ожидать в дальнейшем.
...
Из своей практики и из практики многочисленных моих товарищей в разных
колониях я прекрасно знаю, что при пожаре, при несчастном случае,
угрожающем коллективу или отдельному члену коллектива, тем более учителю -
руководителю коллектива, на помощь бросаются все ребята, весь коллектив
без размышления о том, что можно погибнуть, что будет неприятно. Только
такой коллектив может быть назван настоящим, нашим, советским коллективом.

Е.А. Преображенский. Новая экономика (теория и практика): 1922-1928 гг.
http://znanie-vlast.livejournal.com/247630.html

Ну, Преображенский производит весьма и весьма благоприятное впечатление -- капитальнейший труд по экономике переходного периода (хотя сам он терминологически и смешивает его с соц-мом, как тогда было принято). Особенно в сравнении с нервически-визгливым (надо бы помягче, но не нашел подходящего слова) тоном критики со стороны Бухарина.

Что же до "первоначального соц. накопления", то это просто восстановление разрушенного в гр.войне хоз-ва (разрушенного ниже того технического уровня, который пригоден как основа для соц-ма), восстановление в условиях смешанной экономики, когда проводится сознательная политика по эксплуатации досоциалистических укладов в пользу соц-ма -- а иначе никак.

Преображенский в начале разбирает идеи утопистов -- продолжая научным ком-мом, причем чувствуется живой интерес к теории как руководству к действию, а не только академический, как у позднейших исследователей (Кан).

Некоторые цитаты:
///////
Сен-Симон настойчиво утверждает, что производительным трудом является труд, направленный к воздействию человека на вещи. Наоборот, воздействие человека на человека означает двойную трату сил и лишь тогда может быть полезно, когда этим путем косвенно можно воздействовать на природу.
//Т.е. столь любимое некоторыми (sapienti sat :) место из классиков о том, что место управления людьми должно занять управление вещами и процессами восходит к утопистам! Вообще, складывается ощущение, что классики относились к утопистам гораздо внимательнее и почтительнее, чем последователи.
Кстати, хороший критерий: труд направлен на вещи -- значит ты рабочий, и такой труд всегда будет сохранить значение; на др. людей -- значит такой труд подлежит упразднению.

Немного острой критики:
( ... )

Этапы исторического развития связки «идеологическая надстройка – производственный базис».

I. Природный фетишизм.

На этом этапе человек (производительные силы общества) настолько слаб, что вполне зависит от сил природы, поэтому одушевляет, олицетворяет и обожествляет их. Но более того – он и сам себе еще представляется природной силой.

Во-первых, мистифицируются природные св-ва человека как индивида: творческие, трудовые (боевые), лидерские способности, плодовитость. Особенности мышления требуют конкретизации местоположения этих мистических сил в органах человеческого тела. В разных культурных традициях это: кровь, сердце, голова, волосы. Наиболее оригинальны в этом отношении австралийские аборигены: по их представлениям жизненная сила находится в жире почек, поэтому самая страшная угроза врагу – похитить этот жир (для чего противника следует предварительно оглушить). Из подобных представлений с логической неизбежностью следует переход к практике человеческих жертвоприношений и ритуального каннибализма (что до сих пор символически сохранилось в ритуальном христианском причастии кровью и телом). Эти практики д.б. представляются чудовищными не только с т.з. более высокой культуры, но и взаимно с т.з. просто другой культуры: вырывание живых сердец, сдирание кожи, охота за головами и скальпами и коллекционирование сушеных голов.

Во-вторых, мистифицируются социальные силы, которые ещё представляются как природные. Личность неразвита, первобытный коллектив воспринимается каждым как неразрывное единство, в основе которого биологическое единство – род. Людьми считаются только соплеменники, чужаки воспринимаются как враждебная мистическая сила – демоны. Род включает и ушедших предков, которые становятся духами, олицетворяющими общественную силу коллектива. В дальнейшем появляется возможность для материального воплощения представлений о силах природы и духах предков в «весомых, грубых, зримых» символах – идолах. Иногда это фаллические символы – символы плодовитости.

Представление о собственно человеческих силах как силах природы обусловлено и находится в неразрывном единстве с тем капитальным обстоятельством, что на данном этапе человеческие способности являются производительными непосредственно – не опосредуются более сложными общественными отношениями собственности. Но это обстоятельство продолжает действовать и на следующем подэтапе, при переходе к первой антагонистической формации – рабовладению, когда появляются собственность и эксплуатация. Основной вид собственности на этом этапе – та же непосредственная человеческая сила.

Множество первобытных коллективов ещё не образуют общество, но м.б. скреплены в значительно более мощное единство внешней по отношению к каждому отдельному коллективу силой – государством (в лице обожествляемого деспота). Продолжается мистификация этой социальной силы не как социальной, а как природной, воплощенной в сверхличности государя и его несравнимых (не иначе – мистического происхождения) физических и волевых качествах. Он лично становится божеством. Все его проявления сверхъестественны. (При дворе императора инков вроде бы был специальный человек, в обязанности которого входило съедать остриженные волосы и ногти императора, чтобы ни одна священная частица не попадала в грязь). Все подданные – его рабы, он волен распоряжаться их жизнью и смертью.

Это государственная разновидность рабовладения (т.н. азиатский способ пр-ва), но та же тенденция в конце концов возобладала и в частновладельческой разновидности (античный СП) – римские императоры обожествляются буквально.

Т.к. религиозные представления очень консервативны, то разумеется параллельно сохраняются пережитки анимизма и племенных культов, отсюда многобожие. В то же вр. появляются попытки философского осмысления действительности.

О первоэлементах.
У меня ранее всегда вызывал недоумение произвольный выбор традиционных первоэлементов. Тут в одной куче и вещества и процессы (огонь), простые вещества и сложные, неорганические и органические. К правильному решению подтолкнул следующий отрывок:
«Дуалистическая картина мира, основанная на взаимодействии инь и ян, в позднечжоуских философских текстах обычно дополнялась концепцией усин, т. е. представлением о взаимодействии и взаимопроникновении пяти основных первоэлементов, первосубстанций (огонь — вода — земля — металл — дерево). Если вспомнить, что в древнеиранском зороастризме тоже задавала тон идея о дуалистическом противостоянии сил Света и Тьмы, и что параллельно с этой генеральной идеей видное место занимало представление об основных чистых стихиях и первосубстанциях (огонь — вода — земля — металл — растения — скот), параллели не могут не озадачить. Конечно, противостояние мужского и женского начал не чета противоборству Света и Тьмы. Но нельзя забывать, что и в концепцию инь-ян была заложена идея противоборства Света и Тьмы, хотя эта идея со временем стала второстепенной, уступив место главному — взаимодействию мужского и женского начал. Что же касается первосубстанций, то здесь сходство поразительно (шестая древнеиранская первосубстанция — скот — в земледельческом Китае не могла иметь значения и просто отпала) и явно не может считаться случайным совпадением. »
(Васильев Л. С. История религий Востока)

Первоэлемент-скот – это уже ни в какие ворота. Васильев склоняется к взаимовлиянию иранской (и европейской?) и китайской цивилизаций, мне же представляется очевидным, что первоэлементы – это основные материальные условия и средства труда. Вода, огонь – понятно без пояснений; земля(глина), металл, дерево – основные материалы. У земледельцев добавляются растения (могут слиться в один элемент с деревом), у скотоводов – скот. Поэтому у всех народов на определенном уровне развития этот список похож.
Дуализм оставим на совести досужих жрецов, это отражение общественного разделения труда на духовный и физический.


II. Социальный фетишизм.

Вера в единого непознаваемого бога («пути господни неисповедимы») отражает в мистифицированной форме то объективно существующее положение, что над обществом господствуют созданные им же социальные силы в лице гос-ва. Теперь им вынужден подчиняться и сам государь, ограниченный в своем произволе (он и раньше был ограничен, только признавать не хотел).
Граница перехода к мировым монотеистическим религиям размыта, но в общем соотносится с формационным переходом – к феодализму. Этот переход отвечал (и обслуживал) интересы как правящих слоев, так и народа.

Рост производительных сил означал рост населения (особенно на варварской периферии), его концентрации и подвижности, ср-в общения. Особенно после великого переселения народов становилось невозможным придерживаться устаревших взглядов на свою этно-племенную и цивилизационною исключительность. Все принявшие христианство или ислам стали считаться членами одной общины, на личность и собственность которых распространяется защита общего закона. Феодальные сословия объединяют людей разных стран и языков. Сословно равные рыцари-разбоники, захватив Палестину, становились королями, графами и т.д. а будучи изгнанными, вновь теряли свои титулы.

До сих пор приходится встречать мнение, что без религии люди так и продолжали бы убивать, жарить и есть др. друга. На самом же деле потребность в общечеловеческих правилах общежития давно сформировалась и эти правила применялись, осталось только их формализовать, для чего и пригодились уже существующие религиозные наработки, ранее понимавшиеся в узкоплеменном смысле, теперь же ставшие универсальными. На Дальнем Востоке (Китае), видимо, ту же роль сыграла конфуцианская этика. Т.е. люди сначала перестали есть др. друга (осознали грех воровать, убивать и т.д.), а потом уже нашли объяснение, почему это правильно.


Для феодалов монотеизм тоже был совершенно необходим. Их иерархия по устройству и происхождению подобна криминальной системе «крышевания», когда легитимность и право собирать прибавочный продукт с территории делигируется вышестоящим уровнем иерархии. Государь (то, что он не бог, было доподлинно известно другим феодалам), стоящий на самом верху, уже не мог получить легитимность внутри своей иерархии, а только извне, из вышестоящей и., в виде помазания.
В тех же целях японский феодальный властитель сёгун использовал потерявшего всякий политический вес архаичного императора – сына богов.

В Китае внешне ничего не изменилось – император остался сыном неба. Хотя феодальные отношения росли снизу, противоречия нарастали, но революционные движения с даосской и буддийской идеологиями были разгромлены. Возможно, с этого и началось отставание, стагнация Китая.

Все эти изменения были обусловлены изменением экономического базиса. Теперь основой эксплуатации стала не непосредственная собственность на рабочую силу, а собственность на материальные условия труда. При феодализме это земля (хотя это и не собственность в полном смысле слова). Феодал м. абстрагироваться (в разумных пределах) от наличия на ней податного населения – оно всегда найдется.


III. Рационализация и разложение религиозного сознания.

Когда назрел следующий формационный переход, поднимающаяся прогрессивная буржуазия сначала попыталась рационализировать католицизм (под знаменем протестантизма), а потом смело отказалась от мистических религиозных покровов. Через промышленность и торговлю она имела непосредственно дело с природой и обществом, и нуждалась в научном познании законов объективной действительности. Своим лозунгом она выдвинула просвещение и рационализм. А также святость частной собственности, т.е. собственности не только на землю, а на любые материальные условия труда, т.е. ср-ва пр-ва. В подтверждение своих прав ей достаточно рассудочной апелляции к инстинкту («Смотрите, ребенок, а уже хватает игрушку и кричит: Моё!»). Религия остается, но отходит на второй план, как «духовная сивуха» для народа.

В дальнейшем оказалось, что над обществом продолжают господствовать законы, которые буржуазия не может познать, оставаясь на своей классовой т.з. Утрата прогрессивного значения, начало загнивания капиталистического СП вызвали откат к иррационализму. Но теперь наряду с традиционными религиями стали цвести махровым цветом всякая мистика, оккультизм, оживился интерес к астрологии, хиромантии и т.п.

В связи с поднятой темой:
http://wpiog.ucoz.co.uk/publ/teorija_revoljucii/socializm_i_politicheskaja_borba_gv_plekhanov_i_oktjabrskaja_revoljucija/12-1-0-21
показалось небезынтерсным привести несколько иной взгляд:

Если Рожков и Покровский пытались измерить степень «отсталости» России от Западной Европы в нескольких веках, то Плеханов, доказывая сходство строя Московской Руси с «великими восточными деспотиями», оперировал гораздо более внушительными хронологическими периодами. Так. принципы московского поместного землевладения он сопоставлял с нормами «кодекса Гаммураби, ...сложившегося за 2 000 лет до начала нашей эры» или с порядками средневекового Китая . Показательно и такое высказывание Плеханова: «Герберштейн. посетивший Россию в 1517 г., был поражен беспредельностью княжеской власти... Надо думать, что если бы ожила мумия какого-нибудь холопа или дьяка. — scribe, как выражаются французские египтологи. — одного из египетских фараонов, скажем. ХII-ой династии, и совершила путешествие в Московию, то в противоположность западному барону Герберштейну, она не нашла бы очень много удивительного для себя в общественно-политическом быту этой страны.»

Современный ему этап истории России Плеханов характеризовал как очередную «цивилизационную развилку»: если буржуазия и пролетариат выступают как агенты европеизации, то русское крестьянство представляет собой класс, чьи интересы и ценности сложились еще в эпоху господства «восточною способа производства».( ... )

Положение пр-та объективно, по определению, настолько невыносимо, что он так или иначе должен вести борьбу за выход из этого состояния. Т.к. пр-т и буржуазия (Б) – две нерасторжимые стороны одного отношения, то у этой борьбы м.б. конструктивная форма: устранение Б как класса, т.е. экспроприация у нее ср-в пр-ва, т.е. ликвидация всех классовых различий и переход к соц-му. Эта форма м. реализоваться только при известных условиях, когда класс сознательно действует как целое.

Понятно, что эта борьба м. принять и др. возможную форму – деструктивную, когда каждый пролетарий действует индивидуально, стараясь если не лично (хотя бы выезжая в более благополучные страны), то в своих детях выйти «в люди», или вообще отказывается от потомства, или, впадая в фрустрацию от безуспешности своих усилий, так или иначе кончает персональным самоуничтожением, например в форме алкоголизма. (Иногда для строительного рабочего, например, уход в запой является единственным способом временного снижения трудовой нагрузки, т.к. «кто больше везет, на того больше и грузят», а на запившего смотрят снисходительно.)

Самой превратной формой такой к/б является люмпенизация: криминализация, уголовная романтика и культура (демонстративная приверженность мату и т.п. лексике), оппозиция всему обществу в целом.

Фигурально выражаясь, если пр-т не хоронит Б, то кончает с собой.

Т.к. Б не может существовать без пр-та, то постоянно его воспроизводит, причем стремясь к расширенному воспроизводству. Взамен выбывших пролетаризируются новые соц. слои (оставшиеся независимые производители или же слои, ранее относившиеся к Б – специалисты, т.е. отношение воспроизводится на новом уровне), после их исчерпания (или же параллельно) - население других, менее развитых стран, куда переносится пр-во.

В постсоветских странах эта вторая форма к/б стала господствующей тактикой, о чем свидетельствуют и данные о постоянном убывании населения. Этому есть объективное объяснение ( ... )

Промышленный капитализм нуждается в целой армии инженеров и техников, и без них его дело совсем не может итти. И масса интеллигенции и ее общественное значение быстро растут с ростом промышленного капитала. Промышленным подъем конца XIX в. дал огромный толчок развитию интеллигенции в России, а промышленный кризис должен был сильно отразиться на ее настроении.

Эта связь интеллигенции с промышленным капиталом и была той основой, на которой развивался «легальный марксизм». Массе будущих инженеров, техников и экономических работников, статистиков, финансистов нужна была идеология, которая осмысливала бы их общественную роль, оправдывала бы их существование в их собственных глазах. Народническая идеология, отрицавшая надобность и даже возможность капитализма в России, этой цели не достигала.
...
Инженер не мог не видеть, что двигателем промышленного прогресса является именно он, и именно потому, что он стоит во главе крупного предприятия. Когда «легальный марксист», повторяя Плеханова, громил народничество, доказывал его отсталость и невежество, его «ненаучность» и восхвалял прогрессивное значение промышленного капитала, — интеллигенция 90-х годов бурно аплодировала. Апология (зашита) капитала против нападавших на него народников до такой степени выпячивалась в «легальном
-281-
марксизме», что кто-то пошутил тогда: «Во всем мире марксисты — партия рабочего класса, только в России — это партия крупного капитала». Этой своей стороной легальный марксизм отвечал уже интересам и буржуазии. Тут начиналась спайка между инженером и предпринимателем. Нелегальные марксисты пробовали давать «легальным» отпор по этому поводу еще в первой половине 90-х годов, но цензура сейчас же вмешалась, и до публики "нелегальные" писания не доходили.

Но солидарность капиталиста и «промышленной» интеллигенции с марксизмом очень скоро и кончилась. Марксизм учил, что освобождение рабочего класса есть дело самого рабочего класса, что оно совершится в форме массового рабочего восстания, в форме революции. Это уже опять для «промышленного интеллигента» и его хозяина не подходило. Но в учении Маркса была еще более неприятная для обоих союзников подробность; вся непролетарская часть капиталистического мира, по этому, учению, живет на прибавочную стоимость — живет э к с п л о а т а ц и е й пролетариата. То привилегированное положение, которое занимает в промышленности интеллигент, покупается за счет этой эксплоатации: инженер получает в десять, в двадцать раз больше простого рабочего, - откуда? Из прибавочной стоимости. На этом представлении об эксплоатации зиждется учение марксизма о непримиримой классовой борьбе между пролетариями и капиталистами. В отношении к классовой борьбе установилось полное единодушие между старой, народнической, и новой, марксистской, интеллигенцией: классовой борьбы быть не должно. Общество должно быть едино, так как, подразумевалось, оно должно управляться единой интеллигенцией.

Вожди легального марксизма (Струве и др.), если они хотели оставаться «на высоте требований» своей публики, должны были искать выхода в этом направлении. На выручку к ним пришел ревизионизм — та разновидность германской социал-демократии, которая под влиянием бурно вливавшейся в ряды социал-демократической партии мещанской массы, приспособляясь к ее интересам, вкусам и привычкам, старалась сгладить «резкости» ортодоксального (настоящего) марксизма. Оттуда Струве и др. почерпнули счастливую для них мысль, что теория прибавочной стоимости, т. е. идея эксплоатации, как основы всего капиталистического строя, подлежит «пересмотру», а то и вовсе устранению; что классовая борьба вовсе не обязательна, — возможен и социальный мир; что наконец и необходимость социалистической революции вовсе «не доказана».

Гвоздем всего было признание возможности существования «надклассового государства» — основная мысль Струве в его докладе о причинах падения крепостного права в России, — докладе, доставившем Струве бурную овацию со стороны московской учащейся молодежи в 1898 г. Что эта мысль является мостиком в лагерь буржуазных либералов, мостиком, по которому Струве уходит сразу и от рабочего движения и от революции вообще, — этого молодежь не замечала. Она опомнилась лишь тогда, когда Струве в 1905 г. объявил все революционное движение "возрастной категорией", — болезнью, свойственной именно только молодежи.

( ... )

Наткнулся на такой текст: «Во всякой классификации заложено противоречие. Попробуйте, например, разбить людей по росту на 3 группы: высоких, средних и маленьких.
Кого вы будете считать высокими? Ну, скажем, выше 180 см. Придется тогда 2-х практически одинаково высоких людей – одного с ростом 179,9 см, а др. 180,1 см разнести в разные группы».

Через такие рассуждения некоторые приходят к убеждению, что качества нет, т.е. конкретно нет видов, рас, национальностей и т.д. и т.п.

Предлагаю свое (не знаю, оригинальное?) решение.

Вводим другую разбивку на 2 группы: рослые (выше 170) и низкорослые (ниже). Тогда вся окрестность точки 180 см несомненно попадает в первую группу.

Т.е. для любой разбивки на качественно отличные группы, когда появляются сомнения в отношении переходных состояний (а они появляются только тогда, когда мы их обнаруживаем при более близком рассмотрении), надо переходить к другому масштабу рассмотрения, в котором эти состояния вовсе не переходные, а наоборот, близки к середине, эталону свой группы.

Обратный пример. Имеем кусты и деревья. Появляются сомнения относительно таких видов, как рябина, облепиха – маленьких деревьев. Раз они для нас важны, вводим этот новый таксон. Теперь имеем не 2, а 3 группы.
Чтобы не было путаницы, полезно указывать, в какой именно разбивке то или иное «единичное» подвергнуто классификации. Рябина – дерево при разбивке на 2 гр., «маленькое дерево» при разбивке на 3 гр. Смородина – куст в любой разбивке, она воплощает понятие куст. Сирень как куст возможна только в разбивке на 2 гр., т.к. в разбивке на 3 она попадает в промежуточное положение.

Теперь легко расправляемся с другими сложностями.
( ... )

О НЕКОТОРЫХ ПРОБЛЕМАХ ТЕОРИИ И ПРАКТИКИ ВОСПИТАНИЯ

1. Не может быть социалистического общества без общественного воспитания. Совершенно невозможно представить себе, чтобы в государстве, основанном на плане, стихия воспитания не была в руках государства.

// ЕК: Ранее я уже отмечал в дискуссиях, что рыночное распределение через магазины – такая же анархия распределения, как товарное производство – анархия производства. Теперь же получаем «троицу»: к пр-ву и распределению + старо-семейное воспитание есть анархия в воспитании. При сохранении любого члена этой триады он вносит разрушающую анархию в остальные два, чем незаметнее, тем вернее подрывая любое плановое начало в обществе.
Разумеется надо быть готовыми к тому, что и в следующий раз на лозунги плановой организации общества будут претендовать бюрократы и шкурники из нашей же среды, постаравшиеся понять централизованное распределение как спец-кормушки для избранных, а воспитание - через госучреждения: обычные приюты, школы и д/с для всех остальных. Поэтому, разумеется, не «в руках гос-ва», а в руках общества, класса. И ростки такой организации должны прорастать снизу, задача же гос-ва диктатуры пр-та – создать благоприятную для этого среду.


2. Современное советское общество в вопросе о воспитании находится на более сложном положении, чем общество дореволюционное. Царская Россия имела все основания считать своим надежным помощником в деле воспитания семью, поскольку семья была основным, признанным и закрепленным первичным коллективом в обществе. Семья, в особенности семья буржуазная, идеологически всегда должна была стоять в одной плоскости с государственной властью. В этом участии семьи в государственном плане воспитания лежали отчасти и причины ее крепости. Супруги необходимо должны были быть связаны религиозными и юридическими цепями, обязательно на всю жизнь, если они несут ответственность за воспитание детей. Женщина при возможности должна быть нянькой и хозяйкой и необходимо должна «бояться мужа»; крепость семьи приводила к принципу единоначалия, к власти одного над другим. Дисциплина в семье была так же необходима старому обществу, как и гарантия того, что каждый ребенок обеспечен надолго отцом и матерью. Таким образом, вся архитектоника семьи была приспособлена к тем воспитательным задачам, которые на эту семью возлагались.
( ... )

Куценков. Эволюция индийской касты (1983 г.)

Сначала отмечу, что основные идеи из предыдущего текста, посвященного касте, подтвердились (хотя и не все).
( Касты и джати )
Самое важное и сложное – это механизм межкастового взаимодействия в рамках традиционной общины. Лучше всего его иллюстрирует не индийский, а один африканский пример (мурси и квегу ), где на глазах исследователей (разумеется, не могу ручаться за достоверность) формируется двухкастовое общество. Здесь видно, что этот механизм – патронат, является просто мягкой формой рабовладельческих отношений.
В Индии эти отношения называются джаманджи и чрезвычайно усложнены. Здесь не два слоя – хозяин/клиент – а несколько, и все взаимозависимы, даже находящиеся вверху землевладельцы должны оказывать определенные услуги низшим кастам. Это по сути бестоварный натуральный обмен благами, т.е. община обходится без ТДО (сложилось впечатление, что Куценков это по непонятной причине постарался максимально замять).
Разумеется, видимая гармония отношений на самом деле прикрывает неэквивалентность обмена (т.е. эксплуатацию) и держится не только на согласии и традиции, но и применении физической силы для подавления несогласных.

Подлость такой системы в том, что эксплуатируемые лишаются единственного своего преимущества – численного превосходства и классовой солидарности. Те, кому повезло не оказаться в числе париев, питают иллюзии относительного успеха, а на самый низший слой приходится дополнительный гнет со стороны других трудящихся.
Аналогичную картину имеем и у нас, где все третируют гастарбайтеров, оказавшихся в низу (но не пирамиды, а более уродливой фигуры).

Еще одно неподтвердившееся предположение – об освободительной потенции монотеистических религий. Христианские и мусульманские общины внутри себя полностью воспроизвели кастовую структуру окружающего общества. Поэтому приходится сделать вывод о неизбежности раздела Индии (несмотря на традиционную советскую трактовку об определяющей роли британского империализма) после обретения независимости и выделения «чистых» исламских гос-в. Несмотря на реакционную форму это было демократическое по сути движение низших слоев за уничтожение кастовой системы. Надо понимать, что в объединенном гос-ве мусульманам всё равно не было бы житья, т.к. практически все индусы поголовно являются приверженцами кастовой системы. По сравнению с архаичной кастовой системой даже шариат – прогресс.

В этом же и причина постоянной политической нестабильности Пакистана и образцового демократизма Индии. После уничтожения традиционной иерархии, при несформировавшихся классах буржуазного общества, особенную силу и независимость от общества приобретает госаппарат, особенно военные. Поэтому в Пакистане череда военных диктатур.
Индийская же политическая система представляет собой химеру (неестественное соединение) : внешне парламентская демократия, а по сути – аристократическая республика ( http://evgeniy-kond.livejournal.com/17228.html ). Для низших слоев это сословная тирания. Поэтому и происходят регулярные политические убийства премьеров из клана Ганди.

Справится ли современный дряхлеющий капитализм с задачей модернизации индийского общества? Или мы еще будем свидетелями грандиозного крушения этой гигантской конструкции – индийского гос-ва? С последнем случае есть ещё опасность реализации не революционно-социалистического, а реакционно-фашистского сценария. Пожелаем же успеха индийским маоистам!


Касты в современном городе

Понятно, что здесь касты меняют свою природу, и уходя из-под удара отношений частной собственности и ТДО, преобразуются в нечто подобное этнокультурным солидарным сообществам, землячествам, которые уже вполне знакомы и нам. «Оказываясь в одной стране и эпохе, что и носители буржуазных семейных отношений времен их упадка, носители традиций получают неожиданное преимущество, которых у них не было бы ранее, и которые так значительны, что заставляют отказаться от либеральных ценностей личной независимости»

Различие здесь только в том, что в нашем давно атомизированном обществе солидарные группы получают конкурентные преимущества, в Индии же общество изначально разделено на такие группы, и конкуренция действует на них консервирующе, а не разрушительно, т.к. любой вышедший из такой группы сразу проигрывает. Да достаточно вспомнить недавние события, когда столичные нацики (именно так правильно, а не русские) должны были сами сначала образовать квази-солидарные сообщества футбольных фанатов, чтобы «ответить» на вызов этнических группировок. Так что естественного разрушения каст в Индии ожидать не приходится.

Если же российское общество продолжит архаизироваться, а русские деградировать, то возможно и у нас воспроизводство некоторых черт кастовой системы, когда практически оторвавшиеся от своих этнических территорий сообщества в основном переместятся в большие города, где должны будут поделить экономические ниши и профессиональные занятия, а русские распадутся на касты лохов, ботаников и братков :)


Некоторые цитаты из книги для иллюстрации:
( Далее )

http://ek4j.narod.ru/puskin.htm

Классическая марксистская работа 1930 г., хорошо известная в свое время, но не бывшая в сети. Вероятно, лучшее, что вообще было написано Луначарским, и лучшее о Пушкине. Весьма смело и широко затрагивает также ряд смежных вопросов (в частности, ощущается влияние концепции "торгового капитализма").
Орфография того времени сохранена.
////////////

Надо разбирать и пояснять литературные произведения, чтобы найти за ними жизнь, найти за ними нравственное содержание.
...

Здесь мы должны показать, в состоянии ли марксистский метод доходить до анализа к о н к р е т н ы х явлений социально-биографического, творчески-биографического характера.

Подчас приходится встречаться с исследователями, которые полагают, что до конкретных явлений биографии, в смысле точных и основных жизненных переживаний и творческих выражений этих переживаний у данного лица, мы нашими марксистскими методами не можем добраться,— или, может быть, они считают, что только общие, массовые явления могут нас интересовать, а выражение их в отдельной индивидуальности является второстепенным даже в такой области, как искусство. Между тем гений часто перевешивает сотни даровитых современников по самой своей социальной значимости — и как выразитель тенденций своего класса и как воздействующая на дальнейший ход событий сила.

Еще Белинский писал: «Чем выше поэт, тем больше принадлежит он обществу, среди которого он родился, тем теснее связано его развитие, направление и даже характер его таланта с историческим развитием общества» («Стихотворения Лермонтова», 1841 г.).

На примере Пушкина можно показать также всю необходимость избегать анекдотического, мелочного, случайного или могущего быть истолкованным как какой-нибудь индивидуально психологический курьез, легко ведущий нас либо к совершенно несоразмерной оценке фактора физиологического (роль которого, как мы выше говорили, очень скромна), либо даже, через ворота индивидуального сознания, в недра мистического «духа», проявлением которого является-де каждое «внутреннее» переживание гения.

///////////////
Далее фрагменты о биологической природе гениальности и "пир духа" - анализ "Медного всадника".( Далее )