Evgeniy_K (evgeniy_kond) wrote,
Evgeniy_K
evgeniy_kond

Categories:

Милован Джилас и сталинизм как моральная проблема

Посмотрите только, как этот негодник М. Джилас клеветал на нашего великого интернационалиста, лучшего специалиста всех времен и народов по нацвопросу!


Сталин, резко и насмешливо:
- Учитесь! Занимаетесь политикой пятьдесят лет и - исправляете ошибки! Тут дело не в ошибках, а в позиции, отличающейся от нашей.
Я искоса посмотрел на Димитрова: уши его покраснели, а по лицу, в местах, как бы покрытых лишаями, пошли крупные красные пятна. Редкие волосы растрепались, и их пряди мертво висели на морщинистой шее. Мне его было жаль. Волк с Лейпцигского процесса, дававший отпор Герингу и фашизму в зените их силы, выглядел уныло и понуро.
Сталин продолжал:
- Таможенный союз, федерация между Румынией и Болгарией - это глупости! Другое дело - федерация между Югославией, Болгарией и Албанией. Тут существуют исторические и другие связи. Эту федерацию следует создавать чем скорее, тем лучше. Да, чем скорее, тем лучше - сразу, если возможно, завтра! Да, завтра, если возможно! Сразу и договоритесь об этом.
Кто-то - думаю, что Кардель, - заметил, что работа над созданием югославско-албанской федерации уже идет.
Но Сталин уточняет:
- Нет, сначала федерация между Болгарией и Югославией, а затем обеих с Албанией.
И потом добавляет:
- Мы думаем, что следует создать федерацию Румынии с Венгрией и Польши с Чехословакией.
Дискуссия на какое-то время успокаивается.
Сталин вопрос федерации больше не развивал, он только позже несколько раз повторил, что надо сразу создать федерацию между Югославией, Болгарией и Албанией. На основании изложенной выше точки зрения и неопределенных намеков советских дипломатов в то время можно было заключить, что советское руководство вынашивает мысль о перестройке Советского Союза, а именно - о его слиянии с "народными демократиями": Украины с Венгрией и Румынией, а Белоруссии с Польшей и Чехословакией, в то время как Балканские страны объединились бы с Россией! Но сколь бы туманны и предположительны ни были эти планы, несомненно одно: Сталин искал для восточноевропейских стран такие решения и такие формы, которые бы укрепили и на долгое время обеспечили господство и гегемонию Москвы.
https://yadi.sk/d/1vb-YQUNmqI2zw/Бюрократия%20и%20государство/Теории%20бюрократии%20как%20нового%20класса/Джилас%20М?w=1

Вообще же Джилас-ренегат производит жалкое впечатление – а ренегатство всегда производит жалкое впечатление. Почему-то (почему?) чей-то отказ от убеждений (даже тех, которые ты сам считаешь неверными) не вызывает уважения. Поэтому тут можно заметить в сторону: господа либералы, нацики и имперцы, пожалуйста, ищите адекватного выражения своей идеологии, не обращайтесь в марксизм. Но это конечно не будет услышано – как уж замечалось, теория марксизма слишком привлекательна, чтобы не попытаться ей овладеть. Вот и получаем всю эту «цветущую сложность» – контрреволюционный марксизм, ультрареволюционный марксизм, какие-то элементы усваивает левый нацизм, левый этатизм…

Ренегатство – это как в войне: отступление, затем бегство, драп, сдача противнику, и, наконец, переход на его сторону. (Потому сталинисты постоянно и стоят на грани между ренегатством и намеренной тупостью: моральной и интеллектуальной. - Стоит только отказаться от шор, станет ясно, что в чем-то надо отступить - а это страшно, ведет к ренегатству!) Ведь если наши представления верны (единственно верная теория!), то мы должны всегда побеждать, а если не победили, значит не верны наши представления. Но Джилас не Солженицын, остался коммунистом по убеждениям, только отказался от марксизма. Как всегда это бывает у либералов с одной стороны, и сталинистов с др. – Джилас (а он остаётся сталинистом, даже став ренегатом) не отличает, отождествляет марксизм и сталинизм.

Отвергнув марксизм, Джилас должен дать его критику. Критика эта беспомощна и показывает только незнание марксизма. Товарищи, откуда вообще это детское представление, что революционный практик может быть не только знатоком футбола, кино и музыки, как все смертные, но кроме того еще и давать ценные указания в областях генетики, СТО, языкознания, философии, литературной критики и кролиководства, не говоря уже о марксизме? С тех пор, как соц-м стал наукой, его и надо изучать как науку, значит – не на партизанских базах в горах и т.п. местах.

«Новый класс» – это просто публицистика уровня региональной газеты. Если новый класс, то покажи новые отношения (способ пр-ва). Если же уже отказался от марксизма, то зачем поминать понятие класса, как бы марксистское?

«Несовершенное общество» – обоснованная критика всего комплекса наших представлений об «истории КПСС». Тут трудно спорить с тем, что сталинизм – законный наследник большевизма.
Но рассуждения о религии у него – просто балансировка на грани идеализма: Если у нас соц-м, значит отношения прозрачны и не нуждаются в религиозном тумане (как утверждает марксизм), то почему сидящие рядом в тюрьме старики-уголовники по-прежнему так умилительно религиозны? Если наиболее адекватная вера для общества товаропроизводителей – христианство, а именно протестантизм, то как же остаются католические кап. страны, а также буддизм в Японии? Что-то плохо объясняет эти явления марксизм, говорит Джилас. М-да…

Теперь главное.
Часто говорят, что никто не мог предсказать падение СССР за пару лет или даже накануне. Прогнозы Джиласа совершенно точны и сделаны в 1961 г. Ему было ясно, что все многонациональные соцстраны распадутся, а марксизм и ком-м советского образца – банкроты, уже тогда. Эту ясность ему давала историческая перспектива, открывшаяся благодаря собственному участию в революционном движении. Он видел мощный источник этого движения, которое было тогда чистым и цельным. И он видел наличное состояние – почти полное разложение. И он понимал, что процесс не остановится, разложение дойдет до распада.
В отличие от него Горбачев и все деятели партии ко вр. перестройки – продукты застоя, не видели процесса, а видели только как бы относительно стабильное состояние. Предания об исходной чистоте и целостности давно отошли в область легенд и всеми воспринимались как сказки о богатырях. Отсюда представление, что общество можно взять и передвинуть (реформировать) из относительно неудобного положения в более удобное для этого общества – не всё ли ему равно, где стоять? Результат для всех оказался неожиданным.

Таковы и все наши левые идеалисты, изобретающие (или ищущие в советской истории) всякие технические фокусы с плановой экономикой, долженствующие всё спасти, а также «попаданцы» в СССР-2.0. Будьте реалистами, требуйте невозможного – нельзя было спасти часть, только полная целостность и идеальная чистота произведут новые, совершенно непривычные формы.

Джилас сам не понимает причину столь прискорбного развития, не понимает главного в материализме, в марксизме: не идеи создают отношения, а отношения – идеи. Если у партизан в горах отношения солидарности в общей борьбе, то это и находит выражение в идеологии интернационализма. Если же бывшие партизаны становятся политической властью в национальных гос-вах, то идеи их станут – национальный эгоизм. Он прекрасно видит, какой силой, прямо-таки магической привлекательностью («моя прелесть!») обладает национализм для любой государственной власти – в первую очередь, увы и ах, для вождей СССР (не в этнической форме, конечно, а в форме имперского управления сателлитами).
Tags: история, нацвопрос, сталинизм, цитаты
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments