Evgeniy_K (evgeniy_kond) wrote,
Evgeniy_K
evgeniy_kond

Category:

Притча

//Опыт псевдо-художественной вульгаризации. «Литературная критика» приветствуется.

Гобсек и голубчики.
1

Жила-была одна раса людей. Питались они, допустим, святым духом, а вот одеваться им было надо, причем каждый месяц в новое, т.к. одежда изнашивалась. Была поэтому у них одна фабрика, на которой они и шили одежду, а хозяином её испокон веков был Гобсек.
И было у них «разделение труда»: в одном цеху работали только мужчины и шили женскую одежду, а другом – только женщины и шили мужскую. Почему так странно? Ну, так исторически сложилось, да и интересней.
А самое главное – было это очень выгодно Гобсеку, т.к. обмен мог происходить только при его посредничестве, что гарантировало его господство. Организовано это было так: вся продукция поступала на склад Гобсека. За работу он расплачивался с каждым рабочим Эквивалентом месячного комплекта одежды (в среднем), обозначенным на зеленой бумажке. Работники эту бумажку потом могли в магазинчике при фабрике (который тоже принадлежал Гобсеку) обменять на нужную одежду.
[Ситуация фантастическая, поэтому ничего странного, что Гобсек совмещает функции коллективного капиталиста, банкира и государства.]

Всего их было по 100 человек работников обоего пола, а за месяц они производили по 120 комплектов одежды, так что 20 комплектов «прибавочного продукта» ежемесячно оставались на складе как собственность Гобсека, но этого никто из работников не знал. Часть уходила на охранников, которых выделил Гобсек из работников. Кроме того, несколько человек он считал бездельниками и выгнал на улицу бродить без штанов и работы.
Смысл своей жизни Гобсек видел в упрочении собственного господствующего положения, а средство для этого – в накоплении богатства, как он называл добро на складах. Накопленное шло в дело с его милостивого разрешения, когда фабрика останавливалась на ремонт, или в годину народных бедствий, когда одежда истлевала особенно быстро. К тому же Гобсек сохранял надежду на легендарные внешние рынки, где можно обменять одежду на более приятный товар – Эквивалент в его натуральном виде.
Поэтому Гобсек всячески поощрял повышение производительности и наказывал нерадивых бездельников.

Долго ли, коротко ли, но настало у них из-за повышения производительности три П:
перепроизводство, перенаселение и перепотребление.
От перепотребления страдал сам Гобсек – пробовал надевать на себя по нескольку комплектов одежду сразу, но от этого было не удовольствие, а одно мучение.
Склады грозили переполниться и Гобсек стал бороться с перепроизводством – сократил часть работников. Но зато автоматически увеличилось перенаселение – голоштанные безработные от безделья стали буянить, творить непотребства и разлагающе действовать на работающих.
Самое главное - прибавочный продукт продолжал производиться, и даже не очень уменьшился в общей сумме, т.к. увеличилась его доля в продукте оставшихся работников. Произошло это потому, что уволенные стали проситься на работу обратно, соглашаясь на более низкую плату, что понижало цену труда для всех работников. К тому же все старались работать больше и интенсивней, чтобы накопить запас бумажек на случай увольнения или ограбления (раздевания) каким-нибудь голоштанником, случаи чего участились.

Все были злы и недовольны. Стали высказываться мнения, что такой способ производства логически невозможен: зачем производить больше, чем можно потребить, а если не производить больше, то зачем такое производство вообще Гобсеку?
Ходили упорные слухи, что древними пророками предсказана гибель Гобсека, что он вовсе даже не человек, а «персонифицированный капитал», питается не святым духом, а «прибавочной стоимостью». И потому Гобсек смертен, а бессмертен только рабочий человек.
Возникли разные секты. Одни толковали, что в Гобсека заложен механизм самоликвидации, который сработает, когда он выполнит Предназначение. Тогда Гобсек растворится в воздухе подобно тому, как это делают в конце жизни даосские монахи. Другие толковали, что надо бы упредить, т.к. когда Гобсека рванёт – камня на камне не останется.
Сам Гобсек, разумеется, был полностью уверен в своем бессмертии.

Наконец, склады переполнились, и запасы посыпались наружу. Послышались крики: «Зачем работать, всего – навалом!» Все побежали смотреть на склады, и Гобсек, чтобы спасти положение, поджег фабрику. Когда рабочие прибежали обратно, то фабрика сгорела, а Гобсек сказал, что это ударила молния.
Делать нечего – стали восстанавливать, пока восстанавливали – склады пустели. Всё вроде бы к выгоде Гобсеку, но рабочие почувствовали неладное, жалели пропавший труд и подозревали Гобсека в поджоге. Стали угрожать помочь его самоликвидации. Пришлось Гобсеку идти навстречу, вводить «социальные программы» и клятвенно обещать называть рабочих впредь только ласково – голубчиками.

Было всё хорошо, да не очень-то. Опять начали склады переполняться! Стал Гобсек теперь думать о борьбе с перенаселением: «Переубивать их всех что ли?». И придумал хитрую штуку – спровоцировал драку охранников: круглоголовых с яйцеголовыми. Те дрались и звали на помощь голубчиков: «Наших бьют!» Голубчики друг друга переколошматили, заодно и часть фабрики порушили. Опять всё у Гобсека обнулилось к удовольствию!
Провернул он эту штуку два раза успешно, да опять почуяли голубчики неладное – стали снова угрожать ускорить его самоликвидацию. Пришлось Гобсеку с этим эффективным способом пока завязывать.

Придумал он тогда моду менять фасон одежды не раз в месяц, а каждую неделю, а старую, хоть и не изношенную, переводить на ветошь. Голубчикам такая мода понравилась, многие были назначены придумывать новые фасоны. Это, конечно, помогло в какой-то степени, но теперь ветоши копилось немеряно.
Но тут сильно повезло Гобсеку – удалось в последний раз провернуть крупную сделку на внешнем рынке...

2

Через море от страны Гобсека жила родственная раса Лохов. Лохи сами признавали, что они – лохи, т.к. жили на севере и всегда (как считалось) отставали в развитии.
В незапамятные времена был у Лохов тоже свой Гобсек (редкостный гад и придурок), но легендарные тираноборцы его свергли и всё стало принадлежать всем Лохам. А в остальном всё у них было устроено также, как и у голубчиков: фабрика, разделение труда, обмен с помощью бумажек. Только вроде бы бумажки эти не были привязаны к Эквиваленту и потому назывались «деревянными».
Разумеется, был и начальник, руководивший вместо Гобсека. Выбирали на эту должность сáмого Харизматичного из лохов, т.е. с самой большой харей, внушительным видом и зычным голосом, чтобы всех пробирало, когда он кричал: «А ну работать! А то без штанов останемся!». Нужно это было как дополнительный стимул к труду, т.к. сами Лохи говорили: «Чтобы наш человек без палки работал – этого ни в жисть не бывало!»

Кризисов перепроизводства и прочих П у них никогда не было, т.к. хозяйство было плановым и когда заполнялся очередной склад, то уже был загодя построен новый. Когда кто-нибудь спрашивал: «Зачем так много стало складов?», Складские Начальники объясняли, что это – военные запасы. Они же давили на Харизматичного, чтобы строить еще больше складов, т.к. хотели повышать свое значение, а работать как прочие не хотели.
Благодаря плану всегда было известно, сколько рабочих рук можно освободить для других работ. Харизматичный особенно любил строить пирамиды для связи с иными мирами, надеясь через это получить «бездну могущества», и рыть каналы от горизонта до горизонта – то ли для оборонных (от Гобсека), то ли для хоз. нужд. На Гобсека это и впрямь производило впечатление, он даже у себя завел подобные пирамиды.

Ещё у них были Либералы, которые считали себя родственниками Гобсека, хотя он их не очень-то и признавал. Они, как и Складские Начальники, работать не любили, поэтому мечтали уехать к Гобсеку, чтобы он дал им заведовать складами у него. Уехать не получалось, поэтому они были очень недовольны. Любили они поэтому объяснять Лохам, какие они лохи, и как плохо у них устроено производство.

Производство и впрямь традиционно отставало, т.к. шили они в основном военную форму и все в ней ходили, отчего развился у них страшный «сенсорный голод». Но Харизматичный ничего не хотел менять, т.к. «штанов хватает – чего им ещё надо». К тому же больше всего он любил свои пирамиды и не хотел отвлекать силы на другое производство.

Наконец, когда очередной Харизматичный постарел и начал терять свою харизму, Гобсек, у которого стало некуда девать ветошь, запустил по морю Челнок для перевозки в одну сторону дармовой ветоши, а в другую – гимнастерок и шинелей, которые были для голубчиков как экзотика. Когда изголодавшиеся Лохи увидели Гобсековскую ветошь, у них чуть не разорвало мозг.
Началось у Лохов брожение. Воспользовавшись ситуацией, Либералы выдвинули новым Харизматичным самого ушлого из Складских Начальников, на которого имели влияние. Назвали его Лоховодом, что по их мнению означает демократ.

Лоховод пообещал сделать всё как у Гобсека и выиграл выборы. После этого договорился с Гобсеком о модернизации фабрики, которую закрыли, а сам повел Лохов бродить по пустыне, чтобы забыли о прежней жизни, как его научили Либералы.
Гобсек фабрику модернизировать не стал, а просто разобрал оборудование и переплавил на металл.

Оставшимся без фабрики Лохам пришлось копать в горах золотой песок для Гобсека в обмен на ветошь. Тем временем Лоховода сменил Лоховед, который захотел построить новую фабрику и самому стать Гобсеком. Но Гобсек давал в обмен на золотой песок столько ветоши, чтобы она за месяц изнашивалась и накопить не получалось, поэтому возможности строить фабрику не было.
К тому же Лохи поняли, что их «развели», и работать не хотели, как ни подстегивал их Лоховед.

Так и копают до сих пор.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments