Evgeniy_K (evgeniy_kond) wrote,
Evgeniy_K
evgeniy_kond

Categories:

О кастах

В тексте кроме прочих используются цитаты из книги: Л.Б.Алаев. Средневековая Индия. (с указанием страниц) http://community.livejournal.com/znanie_vlast/135833.html хотя выводы этого автора не совпадают с моими.

Касты как институт раннего рабовладельческого общества

  В начале самостоятельного цивилизационного развития и разделения труда общества по всему миру, видимо, проходили стадию деления на основные касты (варны) :

- правители, первоначально члены одного рода, из которого по традиции выбирались вожди племени на этапе разложения первобытности, затем этот род неизбежно вымирает (династии пресекаются) и растворяется, сливаясь с кшатриями;

- жрецы/ученые (брахманы); положение первых двух каст обрекает их на борьбу за верховную власть, что порождает множество коллизий и является основным содержанием внутренней политики, например Египта; в Индии брахманам удалось догматически закрепить свой приоритет, который был на веру принят и европейцами, хотя реальное положение на местах на практике не всегда подтверждало эту догму;

- стражники/воины (кшатрии);

- самостоятельные главы семейств («наделенные имуществом»)/патриархи - землевладельцы (вайшьи);

- работники (шудры и пр.), с дальнейшим разделением труда эта варна и порождает в Индии множество (до тысяч) каст и подкаст.

Из этой системы исключались чужие : военнопленные, рабы, которые не рассматривались как люди (свои; собственно, этническое самоназвание разных народов чаще всего переводится как просто «люди»). Это – будущие неприкасаемые.

Собственно, примерно в том же положении были женщины и дети: членами общества являются только главы (хозяева) семейств (фамилий, от слова раб).

Т.е. история древней Индии в этом смысле совершенно не уникальна. Да, эта схема отличается от упрощенной классической схемы возникновения рабовладения (здесь она занимает подчиненное положение), где только хозяева и рабы и полная собственность хозяина на личность раба-военнопленного, которых сначала ели или приносили в жертву, а потом появилась возможность содержать их для работ.

Здесь рабами в широком смысле являются все неполноправные работники, обреченные как бы проклятием, первородным грехом на скверну физического труда. Происходит их коллективная эксплуатация верхними кастами, хотя никакого права собственности не возникает.

Сходные отношения возникали и в Европе, например, между спартанцами и илотами.

Особенность Индии – бесконечная колонизация

После гибели древней дравидийской цивилизации Индия на протяжении десятков веков переживает последовательные волны иностранной колонизации: - арийской - раджпутской - мусульманской - британской Именно этот бесконечный мучительный процесс законсервировал архаичную кастовую систему. Отличия более передовых регионов, самостоятельно изживших кастовую систему в период античности, в быстрой колонизации или однократном заселении (речные цивилизации Нила и Междуречья). Например Греция пережила две быстрые колонизации: ахейскую и дорийскую, когда местное население было уничтожено, ассимилировано или обращено в рабов.

Италия колонизировалась с разных направлений этрусками, латинами, галлами и греками – соперниками примерно одинакового уровня развития.

Географическая особенность Индии – огромный субконтинент, пересеченный горами и пустынями, буйными тропическими джунглями, с многочисленными относительно дикими племенами разной этнической принадлежности. Быстрое покорение этой огромной территории с ассимиляцией или уничтожением коренного населения первоначальными колонизаторами арийцами было физически невозможно. Так же как и массовое обращение в рабство или включение на равных в состав своего общества. Компромисс был неизбежен: приобщение к цивилизации, но на более низком социальном положении. Новые территории осваивались арийцами, а их население включалось в кастовую систему. Новые касты увеличивали «степени свободы» всей социальной систему, увеличивая ее живучесть, консервируя и кастовый стереотип. В дальнейшем по тому же шаблону включались в систему религиозные секты, в том числе и поначалу радикально эгалитарные антикастовые движения, парадоксальным образом служа для ее укрепления.

Последующие волны колонизации приносили с собой новых правителей, создававших свои государства, чужеродные, инокультурные основной массе населения. Эти гос-ва своей силой должны были давить туземные классы, уплощая общественную структуру (в идеале) в «социальную равнину», тормозя социальное расслоение, делая традиционную структуру средством выживания, а соответствующую идеологию знаменем сопротивления.

стр. 250

Государство-класс, или государство как аппарат, оказывалось не выразителем интересов общества или господствующего класса (рентополучателей в целом), а, напротив, структурой, надстроенной над основными классами.

О роли англичан см., например:

Вообще, кастовые перегородки в Индии в позднем средневековье в силу естественных причин шли к ослаблению и даже к исчезновению в крупных городах (на что горько жаловались их сторонники). Но английская колонизация сделала их вновь практически непроницаемыми: англичане внешней силой поддерживали брахманов, а те не преминули утвердить старину в полном объёме. Как пишет Н.Диркс <я буду настаивать, что каста, какой мы её знаем сейчас, является феноменом нового времени, т.е. в основном продуктом колониального противостояния между Индией и западным колониальным владычеством. Я не имею в виду, что она была просто изобретена слишком умными британцами : но я полагаю, что именно при британцах каста стала единственным термином, способным выразить, организовать и прежде всего систематизировать разнообразные формы социальной идентичности, сообщества и организации в Индии >.

Касты при феодализме

Алаев считает касты феодальным, а не рабовладельческим институтом:

Перечень абсолютных кастовых ценностей довольно велик. К ним, как нам кажется, можно отнести: землевладение; <независимость> занятия> т. е. работа <на себя>, а не <на другого>; власть; образование; богатство.

стр. 41

Если порядок нашего перечня абсолютных кастовых ценностей верен, то из него вытекает важный вывод: система кастовых ценностей совпадает с основными феодальными ценностями, кастовая система является разновидностью феодальной организации общества.

Очевидно, что кастовая система в Индии сумела успешно приспособиться к условиям феодализма.

Кастовое деление стало суррогатом сословно-классового.

стр. 218

Из факта многокастовости индийской общины вытекают особенности ее самоуправления. Доминирующая каста является не только землевладельческой, но и управляющей. В ее руках находится решение всех общинных дел, в том числе и тех, которые касаются остальных каст. Советы (панчаяты) всех уровней (об этих уровнях пойдет речь ниже) - это советы членов доминирующей касты. В Индии не отмечены деревенские или иные территориальные советы, которые состояли бы из членов нескольких каст.

Из изложенного уже ясно, что существенной чертой индийской общины была многоклассовость. Хотя полноправные общинники могли быть как земледельцами, лично ведшими хозяйство с помощью членов семьи (т. е. крестьянами), так и землевладельцами, жившими на ренту от сдачи своих земель в аренду, в целом их можно охарактеризовать как слой, эксплуатировавший низшие слои деревни. Даже самый бедный из числа землевладельцев нередко привлекал к работе на своих полях неприкасаемых безземельных работников, получал услуги от общинных ремесленников и слуг на выгодных условиях, имел преимущества в пользовании угодьями и т. п. Развитое чувство социального превосходства выражалось в <господском> поведении представителей доминирующей касты.

Кастовая солидарность низших каст стала суррогатом цеховой и классовой солидарности.

стр. 222

Наконец, тесная связь территориально-общинной и кастовой организаций обеспечивала исключительную прочность, устойчивость индийской сельской общины. Взаимодействие вертикальных социальных связей разных каст на некоторой ограниченной территории и горизонтальных связей людей каждой из каст со своими сокастниками, простиравшихся на целые регионы, историко-культурные области, создавало необычайно прочную социальную ткань, которую не могли разорвать ни налоговый гнет, ни развитие товарных отношений, ни даже уничтожение тех или иных отдельных локальных общин.

Известны примеры, когда касты проявляли «профсоюзные» свойства, бойкотируя отдельных людей или целые общины (потребителей их услуг – «работодателей»), проводя собрания и манифестации, отстаивая общие интересы.

Еще раз о критериях рабовладения и феодализма

стр. 84

Следует пояснить, что на мусульманском Ближнем Востоке было довольно обычным назначать на важные посты в армии и администрации рабов, в буквальном смысле купленных на базаре. Конечно, если эти рабы проявляли способности к управлению и руководству войсками. Они нередко становились самыми близкими к правителю людьми. Упоминавшийся Сабуктегин, например, был рабом первого Газнийского султана, затем женился на его дочери и унаследовал трон. Генералитет Муиз-ад-дина также состоял из его личных гулямов [рабов].

Один из них по имени Кутб-ад-дин Айбак в 1193 г. сделал своей резиденцией г. Дели.

Следует пояснить, что этот султан по сути дела покупал на рынке не рабов в смысле рабовладельческой формации, а верных вассалов в смысле феодализма. А кому же наследовать сюзерену, как не его ближайшему вассалу? Представить такую «мобильность» для индусского общества трудно. В рабовладельческом обществе раб мог стать правителем только если бежавшие рабы основывали новое государство.

Находящиеся в теме читатели, должно быть, давно преодолели школьное представление, когда признак рабовладения – наличие рабов, а феодализма – крепостных.

Греки кичились своей свободой, третируя азиатов как рабов («Сверху донизу – все рабы»), ведь над каждым азиатом, каким бы он ни был начальником, всегда был более высокий начальник. Но греки забывали, что свободны они были только в своей общине, покидающий же свой город рисковал в любой момент стать рабом, как чужак. Поэтому таким суровым наказанием был остракизм – изгнание. Не имел значения статус на родине, взятый в плен царь становился обычным рабом. Давно замечено, что при рабовладении общины и вверху (гражданские) и внизу; одни господствуют, другие подвергаются эксплуатации. Город господствует над деревней. (Греки и римляне не знали деревенской общины, и именно этот исключительный случай традиционно рассматривается как классический.)

При феодализме община только внизу, подчинена. Над ней и над городом господствует новый класс, первое по-настоящему свободное сословие – феодалы.

По Гегелю: критерий исторического развития есть степень свободы. Несмотря на возможное поначалу падение производительных сил, феодализм – более высокая формация. Это сословие космополитично, относительно легко меняет государя (русскими дворянами становились как татарские мурзы, так и польская шляхта и европейские бароны) и религию («Париж стóит мессы»). Переход к феодализму (в глобальном масштабе) неизбежен с развитием производительных сил, когда появляется возможность с одной стороны в значительной степени освободить работника, оставляя ему достаточный прибавочный продукт для самостоятельного хозяйствования, с другой стороны возможность одному человеку самостоятельно, не опираясь на силу своей общины, контролировать производство достаточное, чтобы доставить ему недоступные остальным средства господства (вооружение, в Европе - замок) для его закрепления.

Но местами неизбежны заминки:

стр. 247

... вряд ли кто-либо готов отрицать, что первобытнообщинный строй - необходимый этап в развитии человечества, фундамент для всего дальнейшего прогресса. Однако мы знаем, что лишь меньшинство обществ преодолело его самостоятельно, а некоторые не преодолели до сих пор даже под влиянием более развитых обществ. Примерно так же выглядит переход к Средневековью. Античные общества (которые иногда называют <рабовладельческими>) тоже самостоятельно не породили феодализм. Они разрушились, оказавшись в тупике исторического развития. Чтобы преодолеть барьер, отделяющий одну систему от другой, нужно сочетание нескольких благоприятных условий. И чем общество лучше организовано в том виде, в каком оно в данное время существует, тем труднее ему двинуться дальше. Высокая степень системности обеспечивает большую стабильность.

Все же, именно античные общества в значительной степени породили, от них же варвары получили новые орудия и приемы труда. Можно предложить, возможно, более удачные названия для формаций: - первобытно-общинная - общинно-рабовладельческая - феодально-общинная Т.о., в соответствии с «черепичной» формационной моделью, община в некоторых странах является самой длинной черепицей, перекрывающей несколько формаций, пока не уничтожается капиталом. Понятно, что переход от рабовладения на основе азиатского способа пр-ва к феодализму (де еще государственному) кажется смазанным: иерархия и там и там сходная, что легко вводит в заблуждение.

см. также Развитие института частной собственности

Мировые религии и феодализм

Феодализм повышает статус бывших рабов и понижает свободных: теперь все равны по рождению, но рабы перед богом. Нет больше свободных граждан-общинников, есть иерархия на земле и небе. Переворот в обществе требует соответствующего идейного переворота. Являются религии с единым богом. Раньше люди в общине были формально равны и близки к богам, сильный человек мог стать героем – буквально полубогом. Боги были многочисленны (по количеству общин) и слабы. Еще в одном отношении люди могли были близки к богам – благодаря волшебству и магическим «знаниям», весьма популярным в древнем мире. Теперь и христианство и ислам объявляют решительную войну таким поползновениям, магия и многобожие решительно запрещены. Проклинаются самоубийства – свободное распоряжение своей жизнью. Дальше всего в освобождении от греховного земного знания (в том числе и положительного, как гигиена и медицина) заходит христианство, и христиане средних веков по сравнению с арабами выглядят грязными нечесаными варварами. Собственную форму (бхакти) монотеизм обрел и в Индии, борясь за слом архаичных общинно-кастовых перегородок и равенство перед единым богом.

стр. 153

В сфере догматики и идеологии всем бхактииским общинам были (в разной степени) свойственны более или менее последовательный монотеизм, упор на личностное преклонение перед Богом и любовь к нему, признание равенства верующих перед Богом и в связи с этим отрицание религиозной значимости касты, следование собственным ритуальным формам и отсюда отрицание брахманских ритуалов и роли брахманов как посредников между человеком и Богом.

Но в силу местных особенностей это движение вырождается в еще одну секту и создание новой касты. Не достигает полного успеха и «освободительная» миссия ислама. С одной стороны из-за его чужеродности, с другой – из-за репрессивного характера этой религии, вызывающего освободительную ортодоксально-индуистскую реакцию. Переход в ислам был безусловно выгоден только низшим кастам, поэтому он стал господствовать в Бенгалии (Бангладеш), где был наибольший процент неприкасаемых. (Показательно, что в недавнем «оскароносном» фильме «Миллионер из трущоб» главные герои – дети-сироты из этих самых трущоб, выходцы из мусульманской общины. Т.е. социальный статус в общем сохранился, но хоть не приходится пить воду из луж. ) Буддизм в этом смысле порождение другой эпохи (на 6 в. ранее) – рабовладения в его государственной форме, азиатского способа производства.

Хорошо известна изящная концепция Л.Гумилева о «раджпутской революции». Заменив постепенное раджпутское завоевание на более нигде в истории не встречающуюся как бы феодальную революцию, покончившую с рабовладельческой империей Гупта, Гумилев, видимо, погрешил против исторических фактов. Но его характеристика идеологической роли буддизма кажется справедливой: «Деспотическим режимам был выгоден симбиоз с буддистами. Правители обирали своих крестьян и податное население, чтобы поддержать пышность двора и могущество наемного войска, поскольку буддисты проповедовали, что мир - иллюзия, и поскольку у тебя отнимают иллюзорные деньги, иллюзорный хлеб или заставляют тебя работать на постройке иллюзорной дороги, то тебе все это только кажется

 

Порочность и реакционность кастовой системы

Несмотря на высокую степень приспособляемости к новым условиям ( каста затрудняла социальную мобильность, но не исключала её вообще: в большинстве случаев повысить свой общественный статус могла каста в целом, а не отдельный человек, но и последнее не исключалось (в древних текстах можно найти известия о царях-шудрах, в средневековой литературе можно найти купцов - выходцев из ремесленных или земледельческих каст; известны высокопоставленные чиновники и даже министры из купцов). Предпринятое С.Талбот исследование эпиграфики Андхры XII-XV вв. дало немало примеров различия в социальном статусе между отцом и сыном, когда, например, сын купца или деревенского старосты фигурировал в надписях как военачальник [Талбот,2001а: 60-63]. При этом интересно, что в средневековой Андхре многие представители военно-феодальной верхушки и даже государи происходили из шудр и в отличие от правителей других регионов гордились своим происхождением и не претендовали на кшатрийский статус )

кастовая система принесла Индии много вреда. Причина очевидна – абсолютизация разделения труда на умственный и физический, противоречащего самой сути человеческой природы. В индуистской догматике это разделение достигло максимальной степени, когда с одной стороны для высших каст труд признавался ритуально оскверняющим, а с другой стороны низшие касты не только не обучались, но предусматривалось наказание за попытку чтения.

стр. 84

Аль-Бируни, объясняя причины сравнительно легких побед мусульман, очень проницательно вскрывает одну из психологических черт индусов: <Сверх того, есть еще причины, упоминание которых похоже на поношение индийцев. Эти причины глубоко коренятся в природе их нравов, но совершенно очевидны. Глупость есть такая болезнь, от которой нет лекарства. Дело в том, что индийцы убеждены, что земля - только их земля, люди - это представители только их народа, цари - только их правители, религия - только их вера, наука- только та, что у них имеется. Они кичливы, тщеславны, но невежественны. Им от природы свойственно скупиться своими знаниями и исключительно ревниво оберегать их от непричастных к наукам индийцев, а что уж говорить о прочих>. Ученый-энциклопедист извиняется, что вынужден сделать столь нелицеприятное заключение, но не может умолчать о своих впечатлениях от общения с некоторыми индийцами. Из текста явствует, что он имеет в виду брахманов.

От времен своего возникновения в арийских земледельческих общинах кастовая система сохранила презрительное отношение к ремесленному труду.

стр. 205

Что касается ремесленников, то их положение было однозначно приниженным и беспросветным. Сведения о богатых ремесленниках встречаются в источниках, но очень редко. Их низкое кастовое положение в индусском обществе, презрительное отношение к ним в среде господствующего класса и эксплуатация их торговым капиталом приводили к тому, что индийский ремесленник, как правило, был нищ, забит и часто закабален долгами.

Это создавало еще один высокий барьер на пути возможного самостоятельного промышленного развития.

Европейский путь

«Из каких людей вербовались первые христиане?... Для них всех рай был утрачен, лежал позади; для разоряющихся свободных это был прежний полис, одновременно и город и государство, в котором их предки были некогда свободными гражданами; для военнопленных рабов — прежняя свободная жизнь до пленения и порабощения; для мелких крестьян — уничтоженный родовой строй и общность владения землей. Все это смел с лица земли нивелирующий железный кулак римского завоевателя. ... Это господство раз навсегда положило конец мелким союзам; военное насилие, римское судопроизводство, аппарат для выколачивания налогов совершенно разрушили традиционную внутреннюю организацию.» Фридрих Энгельс. К истории первоначального христианства. Т.о., в Европе «нивелирующий кулак римского завоевателя» уничтожил остатки традиционной внутренней организации: касты и общины. Взамен каждый раз воспроизводилось основное отношение данной формации – раба и рабовладельца. Римский «капитал», разрастаясь за счет постоянного поступления рабов-военнопленных, разорял мелких свободных плебеев, которые вместо заполнения промежуточных социальных ступеней производительного населения (как в др. обществах) обращались в чурающуюся труда паразитическую городскую массу. Очевидно, деспотическая империя Гупта задачи «нивелировки» не только не решала, но и не «ставила» перед собой. Она существовала на основе «азиатского способа производства», для которого характерны как раз касты и общины. По другому и не могло быть: Рим был мировой империей, империя Гупта существовала в своем изолированном углу. Каждая экономическая формация полностью раскрывается только если становится явлением мирового масштаба.

Касты и бесклассовое общество

Создатели доктрины индуизма при написании священных текстов законов хотя и исходили из собственных эгоистических сословных интересов, но вероятно имели перед «мысленным взором» некое идеальное общественное устройство, лишенное внутренних противоречий (источника развития), в котором блокирована тенденция к имущественно-классовому расслоению. В этом обществе каждый достигает совершенства в какой-то одной предопределенной сфере деятельности, не отвлекаясь на прочие.

В действительности расслоение неизбежно происходило, размывая кастовую систему. Но являлись иностранные поработители и прочно занимали нишу правящего класса, относясь ко всему покоренному населению как к сплошной массе, которая в идеале должна составлять строго один класс производителей прибавочного продукта, который весь целиком должен потребляться победителями, ничего не оставляя для внутреннего развития туземного общества. Само для себя туземное общество вновь становилось как бы бесклассовым. Но общественная дифференцировка была неизбежна и реанимировалась кастовая система.

Здесь имеется некоторое сходство с тем, как Сталин преждевременно и догматически провозгласил полную и окончательную победу социализма, т.е. достижение состояния бесклассового общества. Т.к. эта декларация не соответствовала реальному состоянию и уровню развития производительных сил советского общества, стало неизбежным выделение привилегированной «касты» управленцев. Такой подход позволяет легко разрешить загадку, над которой безуспешно бились участники одного форума: почему «номенклатурные» черные Волги вызывали огромную негативную реакцию у советского народа, а черные «бумеры» новорусских бандитов воспринимались населением в 90-е вполне лояльно? Рационально это явление трудно объяснить, ведь очевидно: последние были гораздо большими негодяями, чем первые. Разгадка в том, что появление бандитов-капиталистов было объективным политэкономическим процессом для данного общественного устройства, т.е. было в чем-то справедливо. Существование же привилегированных каст всегда есть результат навязанной обществу умозрительной догматики.

Необходимость правящего класса

Одного цыгана спросили: «Чтобы ты сделал, если бы стал царем?» Ответ был: «Схватил бы шмат сала и убежал!» Типа анекдот. После начала масштабной торговли с Индией Британия была вынуждена ввести защитные пошлины и запреты, т.к. ее легкая промышленность не выдерживала конкуренции. Впоследствии для защиты своего производителя от Первой Промышленно Развитой Нации так должны были поступать все ее последователи по пути капитализма. Как же впоследствии вышло, что страна с довольно развитым производством, многочисленным трудолюбивым населением, богатыми недрами и плодородной землей попала в столь унизительную колониальную зависимость? Ответ очевиден – из-за дурного правления. По той же причине пали многие некогда блиставшие страны, и Константинополь, и СССР. Но почему же дурное правление не прекращалось, не сменялось хорошим? Правление есть функция правящего (господствующего) класса: хорошее – «патриотического», дурное – компрадорского или паразитического. Класс же понятие максимально широкое, выделенное по наиболее общему признаку – отношению к ср-вам пр-ва. Разумеется, он всегда разнороден, не единообразен. Но только такой «толстый пласт» слоев способен выдвинуть достаточное кол-во талантов и специалистов для продвижения общих интересов. Классическая схема разложения правящего класса хорошо известна: производительные силы перерастают производственные отношения и старый класс, связанный со старыми отношениями вытесняется или свергается восходящим прогрессивным классом. Но история демонстрирует вторую возможность, когда имеющийся правящий класс выбивается внешней агрессией и/или его возможность возникновения и роста блокируется, как в Индии. Его место занимает чисто паразитический класс-грабитель. Разумеется, правящий класс никогда не вовлекает в управление каждого своего члена. Необходим некоторый механизм выдвижения и ротации способных представителей. На определенном уровне исторического развития человечество вырабатывает такой механизм – демократию. Приходящий к власти в результате соц. революции пролетариат должен унаследовать этот механизм у буржуазии и настроить под свои нужды. Как оказалось, процесс послереволюционного самоуничтожения пролетариата как класса не является легким и автоматическим. Из-за скудости материальных условий и недостаточности общественного развития в послереволюционном СССР, отсутствии теоретической проработки, из всех механизмов классового представительства в ходе конкурентной борьбы победил один – самый примитивный, понятный и грубый – когда это представительство осуществляет один человек. Пролетариат же в целом занял прежнее социальное положение. Известно, что бюрократия – не класс. Класс – хозяин, бюрократия – менеджер. В стране без правящего класса (с ослабленным) бюрократия обнаруживает себя в положении менеджера без хозяина с соответствующими последствиями – проявлениями «цыганской» психологии. Сталин был Хозяином и создал под себя госаппарат. Даже сами сталинисты легко соглашаются с тем, что он был плох и виновен в том, что не оставил после себя Сталина 2.0. Но было ли это возможно, ведь аппарат знал только старого Хозяина? Новый единоличный хозяин должен был либо уничтожить этот аппарат под корень и создать свой собственный, что было невозможно по множеству причин, даже в условиях катастрофы, не говоря уж о благополучном периоде «мирного сосуществования». Либо мистическим способом, на манер миропомазанника, получить легитимность от номинально правящего класса, чтобы затем предъявить ее аппарату на его съезде (КПСС) и уже авторитарно навязать ему свою волю. Более-менее эта сложная операция удалась только «чудотворцу» Хрущеву, остальные были лишь креатурами самого этого аппарата, «боярскими царями». К сожалению для судеб капитализма в России свою цыганскую психологию дорвавшиеся до хозяйского добра «эффективные менеджеры» сохранили по сию пору. В заключение замечательно забавная цитата:

стр. 252

Развитие частной собственности на землю могло идти двумя путями: либо путем приватизации государственных прав на землю (превращения временных условных держаний в наследственную собственность, <номенклатурная приватизация>)...либо [далее идет какая-то невнятица].

Первый из этих путей хорошо известен историкам, неплохо изучен и не вызывает сомнений, кроме одного: способен ли он дойти до конца, т. е. привести к торжеству частной собственности. Дело в том, что на протяжении столетий он происходил не раз, неизменно заканчиваясь тем, что государственная собственность восстанавливалась, а власть-собственность, передававшаяся в частные руки, снова становилась условной и временной.

Здесь Алаев прямым текстом пророчит крушение современного российского капитализма и неизбежную деприватизацию.

Tags: история
Subscribe

  • Политэкономия дворцов

    Короче, дворец не нужен: https://youtu.be/iIlCYf-ZI9k Невыгодное вложение при кап-ме - слишком велики текущие затраты. Это способен понять самый…

  • О фракционности

    Фракционность неизбежна в любом живом движении, следовательно, и в строящей соц-м партии. В СССР (это как бы первый уровень системы соц-ма) она…

  • (no subject)

    История лейтенанта-двухгодичника, призванного в стройбат (ЖДВ) строить БАМ https://jlm-taurus.livejournal.com/145534.html Как всегда, любой,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments