Category: наука

Category was added automatically. Read all entries about "наука".

palest

(no subject)

Современные теории элиты. Ашин Г.К. 1985.
Выборочные социологические исследования показывают, что в СССР свыше половины директоров заводов и руководителей промышленных министерств начинали свой путь с рабочих профессий. Так, на машиностроительных заводах Ленинграда 80% руководителей коллективов (от мастера до директора) — выходцы из рабочих и крестьян, а 65% из них начали свою деятельность рабочими.

Интересен перечень первых профессий членов Советского правительства, которые руководят различными отраслями народного хозяйства страны: рабочий маслозавода, наладчик автоматов, ученик слесаря, телеграфист, помощник машиниста паровоза, летчик, слесарь, инженер, электромонтер, столяр, сменный химик, механик, плотник, старший инженер, подручный мастера, машинист хлопкозавода, чертежник, выборщик породы, чернорабочий (заметим, что чернорабочим начинал свою деятельность руководитель одной из ведущих в условиях НТР отрасли промышленности — министр электронной промышленности СССР А. И. Шокин).
Интересно сопоставить эти данные с данными опроса 576 управляющих высокого ранга в западноевропейских странах. Среди них выходцы из народа составили: 2,7% (Франция), 11,0%(ФРГ), 3,1% (Италия). //В ФРГ какая-то странная аномалия.

Это сильный козырь, такое не стыдно выложить на стол.
Данные на 80-е гг., это непосредственно предвоенное поколение. Можно ожидать, что следующее поколение, лет через 20 показало бы др. картину. В том числе поэтому мы и не увидели Советского правительства через эти 20 лет:
с одной стороны молодые чернорабочие всё больше видели карьеру в уголовной среде, с др. же стороны становилось всё больше мажоров - потомков министров и пр., которые уж точно не хотели начинать с чернорабочих и д.б. остаться в элите, что и было обеспечено.

Collapse )
palest

150

Вроде бы есть у Канта такая антиномия: как возможно новое в науке? Действительно, ведь научно то, что находится в рамках уже доказавшего свою научность. А новое как раз и должно выходить за рамки уже доказанного.
А для нас ближе будет другая формулировка: как возможно новое в марксизме, если он есть сумма классических текстов?

В отличие от всех прочих обновлений - более-менее всем безразличных, наследие Ленина вызывает устойчивый интерес последователей и противников. Понятно, что связано это с проведенной им актуализацией революционного содержания марксизма.

Тут предложу еще одну научную аналогию. По теории тяготения все тела (пушинка и ядро) должны падать с одинаковой скоростью. По разработанной Марксом теоретической модели идеального капитала революцию должен совершить самый многочисленный пролетариат самой промышленно развитой страны. И уж конечно этот пр-т не нуждается в союзниках (общество и так на 99% совпадает с ним) и не будет ждать многолетнего смертоубийства мировых войн, чтобы похоронить кап-м.

И вот мы видим, что в ту революционную историческую эпоху, на которую пришлась деятельность Ленина, многочисленные последователи описанной идеальной схемы могли действовать только последовательно контр-революционно. Или последовательно, т.е. вечно, бездействовать, т.к. то, что им остается - реформирование кап-ма, вовсе не нуждается в марксизме.

А всё потому, что в ту (и любую др.) эпоху нельзя было ждать чистых форм, чистых явлений: ни тебе чистого пр-та, ни чисто социалистической революции, ни чистой диктатуры пр-та, ни чистого социализма.
Collapse )
palest

(no subject)

Владимир Фридман (wolf_kitses) о генетике и пр.
https://www.youtube.com/watch?v=AHrLTqsUEQg
насыщенно, содержательно, мощно.

Следует признать, что Вольф, видимо, самая сильная академическая фигура из левых, и подобных фигур нет у нас ни на одном др. фланге (гуманитарная сфера знаний, эк. и пр.).

По содержанию:
можно было бы добавить к вопросу о генетических потерях в социальных пертурбациях (о которых, как показано Вольфом, не приходится говорить), что надо скорее говорить о потерях в культурном фонде (в отличии от генофонда) (и изменение т.н. габутуса). Я имею в виду, что наследование культуры (которое вульгарно и трактуется как наследование способностей и генетических предрасположенностей) происходит в семьях. Общество уравнивает шансы через всеобщее шк. образование, но не вполне. Также, после понесенных потерь происходит компенсация (наработка культурного фонда в новом интеллигентном слое), но не сразу.
Приведенный пример с разницей в успехах старых и новых афро-американцев как раз указывает на разницу в их культурном коде (и на недостатки образования).

Смелое утверждение об идеальном хар-ре генофонда и "плана строения" организмов заставляет задуматься. Действительно, отражение есть отражение. Материальный процесс (эволюция) отражается на материальном носителе (в генах). Но это не то идеальное, которое проходит через сознание.
Здесь можно вспомнить, что Гегель выделял такие степени сознания: сознание (есть уже у животных), самосознание (человеческий индивид), общественное самосознание (он называл его "мировым духом"). Если сюда добавить низшие степени: механическое отражение и генофонд, то можно выстроить 5 степеней идеального.
palest

Пример применения теории предельной полезности

...Однажды, когда мы были у него и развесив уши слушали его рассказы, на пороге возникла и робко замерла целая семья сборщиков. Впереди стоял морщинистый отец в оранжевой набедренной повязке, держа в вытянутой руке длинный чикчик – нож для надреза дерева.
Дикарь не решался войти, хотя один из приказчиков зазывал:
– Топай сюда! Топай, черномазый! Мы здесь дикарей не жрем.
Речь его убедила туземца. Он с семьей вошел в раскаленную лачугу, в глубине которой буйствовал наш обладатель корокоро.
Этот негр, похоже, еще не видел ни лавки, ни, пожалуй, даже белых. Одна из его жен, опустив глаза, несла за ним на голове большую корзину с сырым каучуком.
Зазывалы-приказчики тут же схватили ее корзину и шмякнули на весы. Дикарь смыслил во взвешивании не больше, чем во всем остальном. Женщина по-прежнему не решалась поднять голову. Остальные члены семейства, тараща глаза, ждали их за дверью. Им всем тоже велели войти, даже детям – пусть и они все видят.
Они впервые пришли все вместе из леса в город к белым. Семья, должно быть, очень долго работала, чтобы собрать столько каучука. Поэтому результат интересовал их всех. Капли каучука стекают в подвешенные к стволам чашки очень медленно. Часто за два месяца не собирается и одного стаканчика.
После взвешивания наш чесоточный потащил растерявшегося отца семейства за прилавок, взял карандаш, произвел расчет и сунул туземцу в руку несколько серебряных монет. И добавил:
– Пшел отсюда! Мы в расчете.
Все его белые друзья зашлись от хохота – так лихо он обтяпал свой бизнес. Негр в оранжевой повязке на бедрах изумленно застыл перед прилавком.Collapse )
25

К теории империализма

Интересное обсуждение
https://liubitel.livejournal.com/2685.html?thread=2429#t2429
Появляются новые соображения.

АПД (не имеет отношения к предыдущему).
Оставлю здесь иллюстрацию к классическому положению о слиянии гос-ва и монополий.
Миллс Р. Властвующая элита. – М.: 1959.
В период "нового курса" главари корпораций
вступили в союз с официальными политическими
руководителями государства; со времен второй
мировой войны они обрели над ними господство.
Давно связанные с государством, они на сей раз
полностью прибрали к рукам руководство
экономикой, обслуживавшей войну, и
руководство послевоенной экономикой. Приход
главарей корпораций к политическому
руководству ускорил давно наметившийся
процесс низведения политического веса
профессиональных политиков, заседающих в
конгрессе, до политического веса людей,
подвизающихся в средних звеньях власти.
...
III. Если говорить об экономических
причинах, обусловивших особенности
современной властвующей элиты, то они кроются
в том факте, что современная экономика является
перманентно военной экономикой, базирующейся
вместе с тем на частнокапиталистических
корпорациях. Американская капиталистическая
экономика является ныне в значительной степени
военно-капиталистической экономикой, и
наиболее важные отношения между крупными
корпорациями и государством покоятся на
совпадении интересов военного ведомства и
корпораций, определяемых военной знатью и
богачами из мира корпораций. Это совпадение
интересов высших военных руководителей и
главарей корпораций усиливает позиции обеих
этих групп внутри властвующей элиты в целом и
еще больше снижает относительное влияние той
ее части, которая представлена
профессиональными политиками. Не политики, а
ведущие администраторы корпораций обсуждают
и планируют вместе с военщиной вопросы
подготовки к войне.
25

Цены и стоимости

Не первый раз встречаюсь с ошибочным представлением, что цены и стоимости – это отдельные сущности, связанные теоретически, и не плохо бы доказать правильность теории, вычислив стоимости и сравнив их со средними ценами. Если совпадут – значит теория правильна.

Нет, цены и стоимости соотносятся как форма (выражение) и содержание. Хорошая аналогия: температура тела, выражающая энергию составляющих его молекул. Не только технически невозможно определить энергии каждой молекулы, но и нет в этом никакого смысла, т.к. то, что нам практически важно – температура – дано нам непосредственно ее измерением. На практике нам всегда нужно отношение с целым телом как агрегатом молекул.

Аналогично невозможно любыми техническими и вычислительными ухищрениями определить общественную ценность труда конкретного работника, т.е. стоимость его продукта. Вычислителем в данном случае выступает всё общество. Некоторые называют это «невидимой рукой рынка».
Но мы можем увидеть динамику: если кол-во необходимого труда для продукта падает, то падают и его цены; и наоборот. Ничего более и не нужно.
(Речь всё время идет о рынке с «совершенной конкуренцией». При наличии же монополий или разного строения капиталов по отраслям цены систематически отклоняются от стоимостей.)

В плановом хоз-ве цены устанавливаются административно и выполняют ф-ю регулятора. Разумеется, они должны соотносится с трудовыми затратами, с уровнем цен в рыночном секторе и на мировом рынке. Никакое вычисление идеальной цены тут также невозможно, как невозможна и их неизменность. Ценовая политика является важнейшей частью планового хоз-ва, тут-то и были глубочайшие провалы в советской практике.

Некогда предложенные «рабочие квитанции», непосредственно выражаемые в единицах рабочего времени (как, соответственно, и цены), как показала практика применения колхозных трудодней, непривлекательны для потребителя и применимы только в локально ограниченных рамках при стесненных экономических условиях.
palest

Исчислимость стоимости

Моя оговорка из прошлой записи (автомобиль может стать в 2 раза удобней), на которую никто не обратил внимания, может пониматься только образно. Если же вдуматься, то тут можно заметить два момента:
1) всем понятно, что каждый последующий шаг улучшений становится дороже. Напр., увеличение скорости всего на 10% может потребовать увеличение стоимости в те же 2 раза. Но тут по крайней мере есть количественно измеряемая величина - скорость.
2) если же говорить об удобствах вообще, то они в принципе неизмеримы. Субъективная оценка полезности - это слишком человеческое, физически неисчислимое.

Тут-то мы и выходим на маржинализм, который именно этим и занимается - количественным исчислением субъективных оценок полезности. Изворотливые трюки австрийской школы при этом вполне очевидно абсурдны и практически бесполезны. Но сторонники этой теории по крайней мере понимают, что стоимость должна иметь количественное выражение.

И вот, становится понятно, что противоположность потребительной стоимости и стоимости - это противоположность качества и количества. Потребительная стоимость не имеет размерности и марксизм ею не занимается. Стоимость имеет размерность: для меновой стоимости - это кол-во др. товара, для стоимости - это деньги (всеобщий товар). Попытки исчислить потребительную стоимость как стоимость заведомо обречены на провал и являются антимарксистскими по существу, такими же безграмотными, как физически безграмотными были бы попытки школьников сравнить или сложить ватты и амперы.

В связи с этим можно обратить внимание на попытку неких самоуверенных софистов (http://lenincrew.com/the-political-economy-of-moths) с помощью словесных уверток придать формальную корректность своему застенчивому "услуготоварничеству": "Сегодня услуга — это форма товара, процесс производства которого неотделим от потребления. Услуга это товар, имеющий потребительную стоимость и несущий в себе затраты абстрактного труда или стоимость."
Здесь оба утверждения шедевральны. Второе - просто определение товара, двух его сторон, к которому произвольно прилеплено слово "услуга". На самом деле можно образно сказать, что услуга - это товар рабочая сила работника, оказывающего услугу. Тогда со стороны потребительной стоимости этот товар есть собственно услуга, ну а со стороны стоимости все знают о стоимости рабсилы.

Первое же определение - просто конец всякому марксизму. Правильной формой было бы: "услуга — это форма блага, процесс производства которого неотделим от потребления." Марксизм же начинается с исследования феномена товара, который принципиально появляется как предмет, отделившийся и от потребления, и от производителя, и начавший собственное движение, кругооборот, в котором опосредствуются общественные отношения. Нет этого отделения - нет и всего сложнейшего мира феноменов частной собственности и "Капитала". Только чтобы избежать всех этих сложностей дикарь и прибегает к известному приёму, немедленно засовывая в рот (или хотя бы надкусывая) свою добычу.

Прибавочная же стоимость, производимая в сфере услуг, носит вторичный характер, и происходит от доходов частных лиц. Происхождение же этих доходов бесполезно объяснять людям, не освоивших проблематику второго тома "Капитала", категории совокупных общественных фондов.

И ещё. Услуготоварники, видимо, воображают, что их противники марксисты такими родились и чего-то не понимают в том, куда углубляются услуготоварники. На деле же услуготоварническая т.з. является естественной, т.е. вульгарной, с разных вариантов которой все и начинают своё теоретическое развитие. В дальнейшем эта т.з. преодолевается, только если этому не мешает некий интерес, социальная позиция, которая, видимо, и заставляет наших оппонентов, как это принято в эпоху постмодернизма, совершенно превратно толковать достаточно ясные мысли классиков.